Голос Мирзы Хазара

М.Э.Расулзаде

Три месяца Гянджинской республики: Неизвестные страницы из истории Гражданской войны

История гражданской войны на территории бывшей Российской империи в 1918-1921 годах по-настоящему еще не написана. Многие ее эпизоды до сих пор по разным причинам игнорируются современной национальной историографией. К числу таких относится и период пребывания в Гяндже первого правительства Азербайджана. Почему этот кабинет министров, который многими политиками того времени назывался "социалистическим", оказался в трагической ситуации? Об этот сегодня наш исторический очерк.

Распад Закавказского сейма

26 мая 1918 года в Тифлисе произошло событие, которое ожидалось тогда многими - Советской Россией, Англией, Германией и Турцией. Во дворце бывшего наместника русского царя на Кавказе состоялось последнее заседание Закавказского сейма. Это означало распад Закавказской Демократической Федеративной Республики на три государственных образования - Грузию, Азербайджан и Армению. Ной Жордания в своих мемуарах потом напишет: "Последствий не пришлось долго ждать - турки ворвались в Грузию и заняли Ахалкалакский уезд, весь Азербайджан и три четверти Армении. Только при помощи немцев мы сумели их остановить около Тифлиса".

В наиболее благоприятной ситуации оказался тогда грузинский национальный совет - фракция грузинских политических партий в сейме. Он действовал на своей собственной территории. Поэтому ему быстро удалось сформировать свой временный парламент и в тот же день провозгласить образование Грузинской демократической республики и обратиться за помощью и покровительством к Германии.

28 мая Грузия и Германия подписали договор, по которому трехтысячный экспедиционный корпус под командованием Фридриха Кресс фон Крессенштайна был переброшен по морю из Крыма в грузинский порт Поти. В результате дипломатического демарша Берлина турецкое наступление в Грузии было остановлено. Подписание Германией соглашений с правительством Грузии означало фактическое признание нового тбилисского режима, однако до юридического оформления дело так и не дошло.

Что касается членов мусульманской фракции уже бывшего Заксейма, то они только на следующий день - 27 мая 1918 года - созвали чрезвычайное заседание для обсуждения создавшегося политического положения. После продолжительных дебатов было решено создать Временный Национальный Совет, руководителем которого был избран М.Э.Расулзаде - председатель ЦК партии "Мусават", а председателем исполнительного комитета - беспартийный Фатали-хан Хойский. 28 мая 1918 года прошло первое заседание Национального Совета, на котором было принято Постановление о провозглашении Азербайджана независимым государством.

По аналогичному сценарию действовала и армянская фракция сейма. Таким образом, именно в Тифлисе было сформировано первое правительство Азербайджана, которое возглавил Фатали-хан Хойский, занявший одновременно и пост министра внутренних дел. Министром финансов и министром иностранных дел стал Мамед Гасан Гаджинский от партии "Мусават". Кстати, от этой партии был представлен и министр юстиции - Халил-бек Хасмамедов. Министром путей сообщения и министром почт и телеграфа стал Худад-бек Мелик-Асланов из "мусульманского социалистического блока"; министром земледелия и министром труда - Акпер Шейх-уль-Исламов из мусульманской социалистической партии "Гуммет", а военным министром - Хасров Паша-бек Султанов из партии "Иттихад"; министр торговли и промышленности - беспартийный Мамед Юсиф Джафаров.

Список состава первого кабинета министров Азербайджана мы приводим потому, что до сих пор часто в российской исторической литературе встречается определение этого первого азербайджанского правительства как "мусаватистского". Как видим, это не так, поскольку премьер-министру Хан-Хойскому удалось сформировать в Тифлисе все же национальное коалиционное правительство. Это открывало для правительства определенные шансы для налаживания международных контактов, даже по линии Международного социалистического бюро. Конечно, первой задачей кабинета Хан-Хойского было перебраться на национальную территорию и приступить к государственному строительству.

Хан-Хойский задерживается в Тифлисе

В инструкциях, которые были выданы московским Совнаркомом председателю Бакинского Совета Степану Шаумяну, ставилось несколько задач: максимальная - свергнуть силами солдат бывшего Кавказского фронта власть Закавказского сейма в самом Тифлисе, минимальная - не допустить переезда кабинета Хан-Хойского на территорию Азербайджана. В конце апреля - начале мая 1918 года Степан Шаумян с группой своих соратников нелегально проехал с инспекционной поездкой по западной части Азербайджана, побывал даже в Тифлисе. В эти дни в питерских и московских печатных изданиях меньшевиков и эсеров появились сенсационные сообщения о том, что большевики готовят в Тифлисе захват власти. Из Баку на Тифлис уже наступали части Красной Армии, в Тифлисе ждали восстания военного гарнизона, состоявшего в основном из солдат бывшего Кавказского фронта. Грузинские меньшевики запросили поддержки своих русских товарищей по партии. В газете "Кавказский листок" 3 апреля 1918 года было напечатано обращение одного из лидеров грузинских меньшевиков М. Церетели к Плеханову и Мартову с призывом "остановить возможное кровопролитие".

На Кавказ из Питера и Москвы прибыли меньшевистские эмиссары. И, видимо, не с пустыми руками. В Баку и Тифлисе, как сообщали местные газеты, стал распространяться так называемый "манифест Плеханова", в котором он осуждал захват власти в центре страны большевиками и призывал к совместному отпору курсу Ленина. Но Плеханов действовал не один. Его оппонирование большевикам было активно поддержано Юлием Мартовым. Последний был уверен, что удар по грузинской меньшевистской организации готовит не Шаумян, а Сталин. Поэтому Мартов запросил из Тифлиса "компромат" на Сталина! Вскоре была подготовлена соответствующая статья о кавказском прошлом большевистского наркома по делам национальностей. Она была опубликована 19 апреля 1918 года в меньшевистском издании "Новая жизнь". Мартов утверждал, что Сталин, состоявший на партийном учете в бакинской организации РСДРП, был в 1905 году исключен из рядов партии. Сталин тогда "для защиты своей чести и достоинства" обратился за помощью к революционному трибуналу. Отчеты о заседаниях трибунала, которые вел Крыленко, печатались в апреле 1918 года почти во всех большевистских изданиях и в Питере, и в Москве. В качестве свидетелей по делу Сталина Мартов требовал пригласить известных грузинских меньшевиков Жордания, Церетели, Гегечкори. Они, конечно, не приехали. Но дело было не только в этом.

Российские и грузинские меньшевики попытались даже перетянуть на свою сторону Степана Шаумяна. Для этого в Баку была направлена жена Льва Дейча Эсфирь. Она убеждала лидера Бакинской коммуны в том, что Владимир Ленин мог бы "поддержать новые национальные правительства" Кавказа, что иной ход событий - это политическое усиление Сталина.

Но как бы то ни было, попытка вооруженного переворота в Тифлисе провалилась. Тогда из Царицына Сталин поставил перед Шаумяном другую задачу: захватить Гянджу. 2 июня 1918 года по приказу Шаумяна вооруженные силы Бакинского Совета начали наступление на этот город. В ответ азербайджанское правительство обратилось за военной помощью к Турции. 4 июня 1918 года в Батуме между делегациями Азербайджана и Турции был заключен договор о мире и дружбе Азербайджанской Республики и Османской Турции. И уже на следующий день, 5 июня 1918 года в Гяндже появились части 5-й турецкой дивизии под командованием Мюрсель-паши. Через день из Иранского Азербайджана прибыл отряд Назим-паши численностью в 7 тыс. солдат. Азербайджанское правительство с помощью турецких офицеров, еще до этого времени находившихся в Гяндже под командованием Нури-паши, смогло в короткий срок сформировать "Особый Азербайджанский корпус", объединенный с турецкими войсками в Кавказскую исламскую армию. И только после этого 16 июня 1918 года члены Национального Совета и правительство Азербайджанской Республики переехали из Тифлиса в Гянджу.

Гянджинское "сидение" национального правительства

Но тут произошло невероятное. "Гянджинские турки", которые, как выяснилось позже, ориентировались не на официальный Стамбул, а на Мустафу Кемаля. Они потребовали роспуска азербайджанского Национального Совета и роспуска сформированного в Тифлисе "социалистического кабинета министров". Советник турецкого генерала Нури-паши Ахмед-бек Агаев во время беседы с Хан-Хойским настаивал на роспуске Совета и составлении нового правительственного кабинета, подчеркивая при этом, что в противном случае турки не будут защищать правительство. 17 июня 1918 года состоялось заседание Национального Совета Азербайджана, который под давлением турецкого командования сформировал новое правительство и упразднил Национальный Совет. Власть - законодательная и исполнительная - до созыва Учредительного собрания была передана второму Временному правительству, сформированному также под председательством Хан-Хойского.

Состав второго правительства был следующим: председатель Совета Министров - Фатали-хан Хойский; министры - Мамед Гасан Гаджинский, Насиб-бек Усуббеков, Алимардан-бек Топчибашев, Бейбут Ага Джаваншир, Халил-бек Хасмамедов, Хосров Паша-бек Султанов, Худадат-бек Рафибеков, Худадат-бек Мелик-Асланов, Ага Ашуров, Абдул Али-бек Амирджанов, Мусса-бек Рафиев. Это были уже не "социалисты", а представители "определенных кругов", имевших широкие международные контакты самого различного свойства. Например, министр внутренних дел Бейбут Ага Джаваншир поддерживал активные контакты со Сталиным, вел переписку с командованием Красной Армии.

Национальный Совет в то время принял решение о созыве Учредительного Собрания в течение короткого времени, а до этого правительство Хойского должно было держать власть в своих руках и никому ее не уступать "до поры до времени". В то же время Национальный Совет Азербайджана конкретно определил права и полномочия правительства до созыва Учредительного собрания не позднее, чем через шесть месяцев.

Дело было в том, что в соответствии с договором от 27 апреля 1918 года между московскими большевиками и Берлином Азербайджан был введен в сферу влияния Германии. Поэтому она не признала заключенный 4 июня 1918 года договор между азербайджанским кабинетом министров и турецкими военными, особенно в той части, где турки получили в свои руки нефтяную промышленность, суда каспийской флотилии, нефтепровод Баку - Батуми и ряд других предприятий азербайджанской промышленности. Немцы были также недовольны и тем, что турки в конце мая и начале июня ввели в Азербайджан крупные воинские подразделения. В результате сложилась крайне сложная, запутанная ситуация.

Берлин, признавший правительство Ноя Жордания, точно такую же акцию мог провести и в отношении азербайджанского правительства. Тогда получалось, что в роли союзников в Закавказье могли выступать московский большевистский Совнарком, Тифлис, азербайджанское правительство и Бакинский совет. В таком случае военный поход Степана Шаумяна на Гянджу приобретал смысл только в одном случае: если он поможет Хан-Хойскому избавиться от турецких войск, возглавляемых Нури-пашой, который не признавал азербайджанское правительство. Берлин исходил также из того, что Баку все же удастся удержаться в руках Бакинского Совета и азербайджанского правительства. Но для этого лидеры Бакинской коммуны должны были создать необходимые условия для переезда азербайджанского правительства в Баку, затем распустить Бакинский Совет и принять участие в выборах в Учредительное собрание. На этом направлении Берлин вел в Азербайджане активную работу. Немцы имели в Гяндже своих специальных представителей, снабжали оружием и боеприпасами азербайджанские отряды. С другой стороны, Нури-паша, контролировавший с помощью своих аскеров почти весь запад Азербайджана, установил контакты с находившимся в соседней Персии английским командованием.

Провальное наступление

В середине июня 1918 года Бакинский Совет начал наступление на Гянджу. Расчет был на то, что в самой Гяндже немцы устроят восстание против Нури-паши и изгонят его аскеров. В этом смысле характерна запись генерального консула Германии в Стамбуле, прибывшего в начале июля в Гянджу в качестве сопровождающего генерал-интенданта турецкой армии Исмаила Хаки-паши и встречавшегося с командующим турецкими силами в Азербайджане Нури-пашой. Генеральный консул записал: "Представляется сомнительным, чтобы туркам вообще удалось взять Баку; вероятно - и это было бы желательно - они потерпят там от большевиков основательное поражение. Если мы полюбовно договоримся с большевиками, то нефтяные источники Баку и тамошние запасы попали бы в наши руки в целости и сохранности. Если последние, вопреки ожиданиям, будут вынуждены покинуть город, то они подожгут весь Баку и тем самым ни турки, ни мы не сможем воспользоваться запасами нефти".

Однако события развивались все же не по немецкому сценарию. Ставка на то, что в тыл Гянджи ударят армянские национальные части, не оправдалась. В частности, бывший офицер Генерального штаба царской армии Мелик Шахназаров, обещавший Шаумяну поддержку, не сдержал свое слово и решил занять позицию "нейтралитета" в силу того, что к тому времени дашнаки избрали в качестве своих главных союзников англичан.

23 июня кабинет Хойского объявил в Гяндже военное положение. 28 июня под Геокчаем начались ожесточенные бои. 30 июня отряды Шаумяна, получив подкрепление, с левого фланга вплотную приблизились к городу. И только тогда Нури-паша решил ввести в бой вспомогательные силы под командованием майора Ахмеда Хамди-бея. Подразделения, переброшенные с Агдашской и Карамарьямской позиций, а также 25-й батальон из Гянджи вначале остановили, а затем разгромили продвигавшиеся вперед части Бакинской коммуны.

На другом фланге 13-й полк начал преследовать отступавших в сторону Карамарьяма большевиков. Но и в Карамарьяме они закрепиться не смогли и, оставив там большое количество оружия и припасов, начали беспорядочно отступать по всему фронту. Вслед за этим осложнилась ситуация в Сальянском районе. Нури-паша направил туда эскадрон из 140 сабель и одной пулеметной команды под начальством майора Назима Рамазанова.

Оборона стала проходить по линии Кюрдамир-Ахсу. Вести боевые действия в районе с таким сложным рельефом было рискованно. Нури-паша выехал на линию фронта лично. Начав 5 июля наступление силами 10-го и 13-го полков, он уже на следующий день прорвал фронт. Одновременно азербайджано-турецкие силы под командованием Гасан-бея, развивая наступление по кюрдамирскому направлению, 7 июля заняли станцию Карасаггал.

Разрозненные части Бакинской коммуны старались во что бы то ни стало удержать Кюрдамир. Однако Нури-паша продолжал наращивать натиск. 11 июля 1918 года, используя полномочия, данные ему верховной политической властью, он издал приказ о призыве в армию азербайджанцев 1894-1899 гг. рождения. Причем с целью поднять боевой дух народа Нури-паша и его заместитель бывший генерал русской службы Али ага Шихлинский лично объезжали западные уезды, призывая население подняться на борьбу с бакинскими большевиками.

Крупное сражение прошло под Гейчаем. Оно продолжалась 4 дня, с 27 июня по 1 июля. Силы Бакинского Совета потерпели первое серьезное поражение. 7 июля 1918 года начались бои за Кюрдамир. 10 июля 1918 года турки захватили Кюрдамир. 14 июля 13-й турецкий полк с боем занял станцию Керар. 20 июля части Кавказской исламской армии вошли в Шамаху. Теперь под ударом уже оказался сам Баку. Терпя поражение, Бакинский СНК неоднократно обращался за помощью к правительству РСФСР, но реальной помощи получить не удалось. Тогда он решился на крайне рискованный шаг и принял предложение находившегося в Северном Иране полковника Бичерахова, командовавшего казачьим отрядом в 1,5 тысяч человек. Шаумян после беседы с Бичераховым писал Ленину: "История с Бичераховым вам хорошо знакома из моих прежних писем. На днях, после того, как его отряд пробился в Энзели, он приехал сюда. Мы побеседовали, выяснили все спорные или казавшиеся спорными вопросы и успокоились. Бичерахов взял на себя ответственную задачу занять наш правый фланг и по Шемаха-Геокчайской дороге через Кахетию направиться к Тифлису, поднимая по пути горцев, в частности, осетин. Вот в связи с этим его планом, который его очень воодушевляет, мы и стали определенно говорить о Тифлисе, хотя понимаем всю сложность политической стороны вопроса и еще подумаем раньше, чем решим его окончательно".

Это был загадочный альянс. Бичерахов, как патриот-государственник, заявлял о готовности поддержать центральную Советскую власть в ее борьбе против турецко-немецких войск, которые по соглашениям являлись союзниками большевиков. Если допустить, что Шаумян и Ленин, минуя Сталина, пытались переиграть ситуацию, то ставка на Бичерахова казалась для судьбы Бакинской коммуны роковой. 7 июля 1918 года Ленин пишет Сталину: "...Относительно Баку самое важное, чтобы вы были непрерывно в сношениях с Шаумяном, и чтобы Шаумян знал предложение германцев, сделанное послу Иоффе в Берлине, относительно того, чтобы немцы согласились бы приостановить наступление турок на Баку, если бы мы гарантировали немцам часть нефти. Конечно, мы согласимся".

Для Советской Республики, разумеется, было выгодно, чтобы Германия оказала давление на Турцию с целью приостановления наступления на Баку. Поэтому, когда немцы дали понять, что они нуждаются в закупках нефти, Советское правительство немедленно дало согласие начать переговоры. Однако начавшийся "торг" по данному вопросу стал затягиваться. Правда, вначале с немецкой стороны проявлялась определенная заинтересованность, о которой можно судить по тому, что в конце июля и в первых числах августа из Берлина в Стамбул были направлены требования о приостановлении наступления турок на Баку. Но Стамбул тогда не контролировал ситуацию в Закавказье, а с Мустафой Кемалем немцы контактов не поддерживали.

27 июля 1918 года Шаумян в телеграмме, направленной на имя Ленина, сообщал: "Положение на фронте ухудшается с каждым днем. В шемахинском направлении наши войска отступили от Баку и переформировываются по линии железной дороги. Войска, угрожаемые с севера на пирсагатском направлении, с юга, со стороны Сальян, отступили до станции Алят, положение крайне серьезное".

Советское правительство вновь обратилось к Германии с нотой протеста. Оно настаивало на принятии неотложных мер по прекращению турецкого наступления на Баку и строгом выполнении условий Брест-Литовского мирного договора. И действительно, приказ германского верховного командования о введении немецких войск в Азербайджан последовал почти немедленно. "Верховное командование приступило к подготовке атаки на Баку и с этой целью привлекло войска Нури и отправило в Тифлис кавалерийскую бригаду и несколько батальонов", - вспоминал об этом в своих мемуарах Людендорф. Всего в Закавказье германским верховным командованием для участия в наступлении на Баку были направлены две дивизии и около семи полков. Часть этих соединений была снята с Балканского фронта, а часть укомплектована за счет оккупационных войск на Украине. Но, похоже, ситуация ушла и из-под контроля немецкого командования в Закавказье.

29 июля 1918 года Шаумян телеграфирует Ленину в Москву и Сталину в Царицын об усилении военной помощи Баку: "Положение становится серьезным. Отправка воинских сил для Баку должна быть усилена и ускорена. Отправляйте скорей, сделайте распоряжение, чтобы местные советы по дороге не останавливали частей, направляющихся в Баку. Сообщите, можем ли ждать помощи, и в какой срок. Повторяю, помощь войскам необходима срочная и солидарная".

Отставка Бакинского СНК

31 июля 1918 года Советская власть в Баку прекратила свое существование. Город перешел в руки так называемой "диктатуры Центрокаспия". 31 августа Сталин пишет Ленину о необходимости ускорения военной помощи для восстановления Советской власти в Азербайджане. В этой связи 21 августа 1918 г. в Берлине, в помещении генерального штаба, была созвана специальная конференция, на которой были рассмотрены вопросы, касающиеся Закавказья. На конференции присутствовали ответственные лица из состава верховного командования, генерального штаба, имперского ведомства экономики, а также представители монополистических объединений и других "ведомств, имевших интересы на Кавказе". Хотя в протоколе сказано, что "конференция обсудила вопросы экономики и транспорта в той степени, в какой они касались Кавказа, и чисто политические проблемы не затрагивались", однако в ходе работы конференции, по сути дела, решались вопросы, связанные с укреплением и дальнейшим распространением влияния Германии в Грузии и во всем Закавказье.

Сообщения о положении на Кавказе были сделаны членами немецкой делегации в Грузии Йоганом фон Кригером и графом фон Шуленбургом, вызванными специально для этого в Берлин. На основе докладов обсуждались следующие проблемы: организация своевременной информации из Грузии, о противодействии турецкой конкуренции на Кавказе, о доставке муки в Грузию, о мероприятиях по стабилизации финансов Грузии, о возможностях экспорта товаров в Закавказье, об увеличении вывоза товаров и сырья из Закавказья, об организации консульских служб на Кавказе, о бакинской нефти, о возможности сотрудничества с местными политическими силами. Участники конференции выразили недовольство работой информационного штаба в Бриэле, который в общем не сумел наладить оперативную и надежную связь между Тифлисом и Берлином. То есть Берлин фактически расписывался в своей беспомощности изменить ход событий в Закавказье.

10 сентября 1918 года Орджоникидзе пишет Ленину и Чичерину из Владикавказа: "Положение Баку отчаянное, город обстреливается из орудий турками, турки требуют безусловной сдачи города... Примите меры, иначе город и промышленность погибнут...". Наконец, 15 сентября после кровопролитной битвы и успешного преодоления упорного сопротивления азербайджанские национальные силы при содействии воинских подразделений Турции взяли Баку. По поводу этой даты лидер партии "Мусават" М.Э. Расулзаде писал: "В то время мы были в Константинополе. Мы входили в состав делегации, представлявшей Азербайджанскую Республику... на конференции с участием государств Средней Европы. Военный министр и помощник главнокомандующего Энвер-паша позвонил мне и сообщил: "Эмин бей, Баку взят!". Невозможно описать, какое впечатление произвела на меня эта короткая весть. И до сих пор еще не могу забыть того впечатления".

17 сентября 1918 года правительство Азербайджана переехало из Гянджи в Баку. И только днем позже в город вошли стоявшие в его окрестностях турецкие войска. Это делалось, как говорится, уже для истории.

Станислав Тарасов, Дмитрий Ермолаев, "Российские вести".

Станислав Тарасов, Дмитрий Ермолаев: Закавказье в дни Смуты: Первое правительство Азербайджана в Гяндже (1918)

Три месяца Гянджинской республики: Неизвестные страницы из истории Гражданской войны

История гражданской войны на территории бывшей Российской империи в 1918-1921 годах по-настоящему еще не написана. Многие ее эпизоды до сих пор по разным причинам игнорируются современной национальной историографией. К числу таких относится и период пребывания в Гяндже первого правительства Азербайджана. Почему этот кабинет министров, который многими политиками того времени назывался "социалистическим", оказался в трагической ситуации? Об этот сегодня наш исторический очерк.

Распад Закавказского сейма

26 мая 1918 года в Тифлисе произошло событие, которое ожидалось тогда многими - Советской Россией, Англией, Германией и Турцией. Во дворце бывшего наместника русского царя на Кавказе состоялось последнее заседание Закавказского сейма. Это означало распад Закавказской Демократической Федеративной Республики на три государственных образования - Грузию, Азербайджан и Армению. Ной Жордания в своих мемуарах потом напишет: "Последствий не пришлось долго ждать - турки ворвались в Грузию и заняли Ахалкалакский уезд, весь Азербайджан и три четверти Армении. Только при помощи немцев мы сумели их остановить около Тифлиса".

В наиболее благоприятной ситуации оказался тогда грузинский национальный совет - фракция грузинских политических партий в сейме. Он действовал на своей собственной территории. Поэтому ему быстро удалось сформировать свой временный парламент и в тот же день провозгласить образование Грузинской демократической республики и обратиться за помощью и покровительством к Германии.

28 мая Грузия и Германия подписали договор, по которому трехтысячный экспедиционный корпус под командованием Фридриха Кресс фон Крессенштайна был переброшен по морю из Крыма в грузинский порт Поти. В результате дипломатического демарша Берлина турецкое наступление в Грузии было остановлено. Подписание Германией соглашений с правительством Грузии означало фактическое признание нового тбилисского режима, однако до юридического оформления дело так и не дошло.

Что касается членов мусульманской фракции уже бывшего Заксейма, то они только на следующий день - 27 мая 1918 года - созвали чрезвычайное заседание для обсуждения создавшегося политического положения. После продолжительных дебатов было решено создать Временный Национальный Совет, руководителем которого был избран М.Э.Расулзаде - председатель ЦК партии "Мусават", а председателем исполнительного комитета - беспартийный Фатали-хан Хойский. 28 мая 1918 года прошло первое заседание Национального Совета, на котором было принято Постановление о провозглашении Азербайджана независимым государством.

По аналогичному сценарию действовала и армянская фракция сейма. Таким образом, именно в Тифлисе было сформировано первое правительство Азербайджана, которое возглавил Фатали-хан Хойский, занявший одновременно и пост министра внутренних дел. Министром финансов и министром иностранных дел стал Мамед Гасан Гаджинский от партии "Мусават". Кстати, от этой партии был представлен и министр юстиции - Халил-бек Хасмамедов. Министром путей сообщения и министром почт и телеграфа стал Худад-бек Мелик-Асланов из "мусульманского социалистического блока"; министром земледелия и министром труда - Акпер Шейх-уль-Исламов из мусульманской социалистической партии "Гуммет", а военным министром - Хасров Паша-бек Султанов из партии "Иттихад"; министр торговли и промышленности - беспартийный Мамед Юсиф Джафаров.

Список состава первого кабинета министров Азербайджана мы приводим потому, что до сих пор часто в российской исторической литературе встречается определение этого первого азербайджанского правительства как "мусаватистского". Как видим, это не так, поскольку премьер-министру Хан-Хойскому удалось сформировать в Тифлисе все же национальное коалиционное правительство. Это открывало для правительства определенные шансы для налаживания международных контактов, даже по линии Международного социалистического бюро. Конечно, первой задачей кабинета Хан-Хойского было перебраться на национальную территорию и приступить к государственному строительству.

Хан-Хойский задерживается в Тифлисе

В инструкциях, которые были выданы московским Совнаркомом председателю Бакинского Совета Степану Шаумяну, ставилось несколько задач: максимальная - свергнуть силами солдат бывшего Кавказского фронта власть Закавказского сейма в самом Тифлисе, минимальная - не допустить переезда кабинета Хан-Хойского на территорию Азербайджана. В конце апреля - начале мая 1918 года Степан Шаумян с группой своих соратников нелегально проехал с инспекционной поездкой по западной части Азербайджана, побывал даже в Тифлисе. В эти дни в питерских и московских печатных изданиях меньшевиков и эсеров появились сенсационные сообщения о том, что большевики готовят в Тифлисе захват власти. Из Баку на Тифлис уже наступали части Красной Армии, в Тифлисе ждали восстания военного гарнизона, состоявшего в основном из солдат бывшего Кавказского фронта. Грузинские меньшевики запросили поддержки своих русских товарищей по партии. В газете "Кавказский листок" 3 апреля 1918 года было напечатано обращение одного из лидеров грузинских меньшевиков М. Церетели к Плеханову и Мартову с призывом "остановить возможное кровопролитие".

На Кавказ из Питера и Москвы прибыли меньшевистские эмиссары. И, видимо, не с пустыми руками. В Баку и Тифлисе, как сообщали местные газеты, стал распространяться так называемый "манифест Плеханова", в котором он осуждал захват власти в центре страны большевиками и призывал к совместному отпору курсу Ленина. Но Плеханов действовал не один. Его оппонирование большевикам было активно поддержано Юлием Мартовым. Последний был уверен, что удар по грузинской меньшевистской организации готовит не Шаумян, а Сталин. Поэтому Мартов запросил из Тифлиса "компромат" на Сталина! Вскоре была подготовлена соответствующая статья о кавказском прошлом большевистского наркома по делам национальностей. Она была опубликована 19 апреля 1918 года в меньшевистском издании "Новая жизнь". Мартов утверждал, что Сталин, состоявший на партийном учете в бакинской организации РСДРП, был в 1905 году исключен из рядов партии. Сталин тогда "для защиты своей чести и достоинства" обратился за помощью к революционному трибуналу. Отчеты о заседаниях трибунала, которые вел Крыленко, печатались в апреле 1918 года почти во всех большевистских изданиях и в Питере, и в Москве. В качестве свидетелей по делу Сталина Мартов требовал пригласить известных грузинских меньшевиков Жордания, Церетели, Гегечкори. Они, конечно, не приехали. Но дело было не только в этом.

Российские и грузинские меньшевики попытались даже перетянуть на свою сторону Степана Шаумяна. Для этого в Баку была направлена жена Льва Дейча Эсфирь. Она убеждала лидера Бакинской коммуны в том, что Владимир Ленин мог бы "поддержать новые национальные правительства" Кавказа, что иной ход событий - это политическое усиление Сталина.

Но как бы то ни было, попытка вооруженного переворота в Тифлисе провалилась. Тогда из Царицына Сталин поставил перед Шаумяном другую задачу: захватить Гянджу. 2 июня 1918 года по приказу Шаумяна вооруженные силы Бакинского Совета начали наступление на этот город. В ответ азербайджанское правительство обратилось за военной помощью к Турции. 4 июня 1918 года в Батуме между делегациями Азербайджана и Турции был заключен договор о мире и дружбе Азербайджанской Республики и Османской Турции. И уже на следующий день, 5 июня 1918 года в Гяндже появились части 5-й турецкой дивизии под командованием Мюрсель-паши. Через день из Иранского Азербайджана прибыл отряд Назим-паши численностью в 7 тыс. солдат. Азербайджанское правительство с помощью турецких офицеров, еще до этого времени находившихся в Гяндже под командованием Нури-паши, смогло в короткий срок сформировать "Особый Азербайджанский корпус", объединенный с турецкими войсками в Кавказскую исламскую армию. И только после этого 16 июня 1918 года члены Национального Совета и правительство Азербайджанской Республики переехали из Тифлиса в Гянджу.

Гянджинское "сидение" национального правительства

Но тут произошло невероятное. "Гянджинские турки", которые, как выяснилось позже, ориентировались не на официальный Стамбул, а на Мустафу Кемаля. Они потребовали роспуска азербайджанского Национального Совета и роспуска сформированного в Тифлисе "социалистического кабинета министров". Советник турецкого генерала Нури-паши Ахмед-бек Агаев во время беседы с Хан-Хойским настаивал на роспуске Совета и составлении нового правительственного кабинета, подчеркивая при этом, что в противном случае турки не будут защищать правительство. 17 июня 1918 года состоялось заседание Национального Совета Азербайджана, который под давлением турецкого командования сформировал новое правительство и упразднил Национальный Совет. Власть - законодательная и исполнительная - до созыва Учредительного собрания была передана второму Временному правительству, сформированному также под председательством Хан-Хойского.

Состав второго правительства был следующим: председатель Совета Министров - Фатали-хан Хойский; министры - Мамед Гасан Гаджинский, Насиб-бек Усуббеков, Алимардан-бек Топчибашев, Бейбут Ага Джаваншир, Халил-бек Хасмамедов, Хосров Паша-бек Султанов, Худадат-бек Рафибеков, Худадат-бек Мелик-Асланов, Ага Ашуров, Абдул Али-бек Амирджанов, Мусса-бек Рафиев. Это были уже не "социалисты", а представители "определенных кругов", имевших широкие международные контакты самого различного свойства. Например, министр внутренних дел Бейбут Ага Джаваншир поддерживал активные контакты со Сталиным, вел переписку с командованием Красной Армии.

Национальный Совет в то время принял решение о созыве Учредительного Собрания в течение короткого времени, а до этого правительство Хойского должно было держать власть в своих руках и никому ее не уступать "до поры до времени". В то же время Национальный Совет Азербайджана конкретно определил права и полномочия правительства до созыва Учредительного собрания не позднее, чем через шесть месяцев.

Дело было в том, что в соответствии с договором от 27 апреля 1918 года между московскими большевиками и Берлином Азербайджан был введен в сферу влияния Германии. Поэтому она не признала заключенный 4 июня 1918 года договор между азербайджанским кабинетом министров и турецкими военными, особенно в той части, где турки получили в свои руки нефтяную промышленность, суда каспийской флотилии, нефтепровод Баку - Батуми и ряд других предприятий азербайджанской промышленности. Немцы были также недовольны и тем, что турки в конце мая и начале июня ввели в Азербайджан крупные воинские подразделения. В результате сложилась крайне сложная, запутанная ситуация.

Берлин, признавший правительство Ноя Жордания, точно такую же акцию мог провести и в отношении азербайджанского правительства. Тогда получалось, что в роли союзников в Закавказье могли выступать московский большевистский Совнарком, Тифлис, азербайджанское правительство и Бакинский совет. В таком случае военный поход Степана Шаумяна на Гянджу приобретал смысл только в одном случае: если он поможет Хан-Хойскому избавиться от турецких войск, возглавляемых Нури-пашой, который не признавал азербайджанское правительство. Берлин исходил также из того, что Баку все же удастся удержаться в руках Бакинского Совета и азербайджанского правительства. Но для этого лидеры Бакинской коммуны должны были создать необходимые условия для переезда азербайджанского правительства в Баку, затем распустить Бакинский Совет и принять участие в выборах в Учредительное собрание. На этом направлении Берлин вел в Азербайджане активную работу. Немцы имели

В конце XVII- начале XVIII века Азербайджан оказался в центре внимания Российского государства. Значительно усилившаяся в период царствования Петра I, она нуждалась в источниках сырья, имевших в изобилии в Южных областях Кавказа и особенно в Азербайджане. Овладение, поэтому, Каспийским побережьем, как важнейшего шага на пути к продвижению на Кавказ, а затем и в Среднюю Азию, стало главной стратегической задачей российского императора.

Весной 1722 года Петр I с большим войском двинулся к Астрахани, а в июле 1722 года, русская флотилия под его же командованием взяла курс на юг. В начале лета 1723 года без всякого сопротивления русские войска заняли Дербент, а 17 июля русские военные корабли вошли в Бакинскую бухту. Несколько месяцев спустя войска Петра I заняли Сальян. До 1724 года почти все западное и юго-западное побережье Каспийского моря было занято русскими войсками.

Обеспокоенная успехами Российского государства в прикаспийских областях Османская империя весной 1723 году направила свои войска в Закавказье. Однако в дело вмешалось дипломатия и в 1724 году в Стамбуле был заключен договор между этими государствами, по условиям которого Закавказье фактически было разделено между Турцией и Россией. Турция признала за Российским государством право на прикаспийские провинции. Россия обязалось в свою очередь не противодействовать влиянию Турции в остальной части Закавказья. Исключение составляла лишь центральная часть Ширвана с городом Шемахой. Стамбульский договор предоставлял Ширвану определенную автономию во внутренних делах. Турция не имела права держать в пределах Ширвана войска. К началу 30-х годов XVIII века обстановка в Азербайджане резко изменилась: его территория превратилась в арену военных действий между Турцией и Ираном, где к власти пришел энергичный Надир Гулихан Афшар. В Иране Надир Гули-хан Афшар (позже именовавшийся Надир-шахом) вел войны за восстановление прежних границ Иранского государства.

Жестокая экономическая политика иранских властей и стремление азербайджанского народа к освобождению от иранского господства были причиной возникновения в Азербайджане в 40-е оды XVIII века новых очагов антииранского движения. Крупное антииранское восстание вспыхнуло в Шеки под предводительством местного феодала Гаджи Челеби. Несмотря на неоднократные попытки штурма города Надир-шаху так и не удалось сломить шекинцев, стойко защищавшихся в крепости “Гелерсен-герерсен” (придешь – увидишь). Большое восстание произошло также в Ширване в 1743 году.

С освобождением из-под власти Ирана в истории Азербайджана с середины XVIII века открывается период государственного функционирования независимых и полузависимых ханств.

На территории Азербайджана образовались следующие ханства: Шекинское, Карабахское, Кубинское, Шемахинское, Бакинское, Нахичеванское, Гянджинское, Тебризское, Сарабское, Ардебильское, Хойское, Урмийское, Карадагское, Талышское, Марагинское, Макинское. Как более мелкие государственные объединения возникли Куткашенское, Кабалинское, Арешское, Казахское, Шамшадильское, Елисуйское султанства. К северо-западу от последнего были расположены Джаро-Белоканские общества. В Нагорном Карабахе в составе Карабахского ханства продолжали существовать Варадинское, Хаченское, Гюлистанское, Дизакское, Джерабертское меликства. По данным армянского историка П. Т. Арутюняна, из названных пяти меликств только Хаченское имело свои исторические корни на земле Карабаха. Будучи прямыми потомками кавказских албан, “владетелями Хаченского округа являлись крупные феодалы Хасан-Джалаляны. Построив в 1240 г. монастырь Гандзасар, они взяли в свои руки светскую и церковную власть над этим округом, удерживая как ту, так и другую вплоть до XIX в ”.

Необходимо отметить, что сами так называемые “хаченские армяне” в исторических документах себя никогда армянами не называли. Об этом свидетельствует и название труда католикоса Гандзасарского монастыря Есаи Хасана-Джалаляна, который землю, где проживали его предки, назвал “Агваном”, а свой труд – “Краткая история страны Агванской”. Кстати, в период пребывания Петра I в Азербайджане в 1722 г. к нему обратился ряд христианских феодалов с просьбой создать в пределах Азербайджана христианское государство.

Любопытно, что эти христиане в письме к Петру I называли себя не армянами, а “агванцами” или “афганцами”, что является синонимом слова “албан”. Местных азербайджанцев также называли “авганскими мусульманами”. По данным упомянутого автора из оставшихся четырех меликов три – Варандское, Гюлистанское, Джерабертское – появились на территории Карабаха в разные годы XVII в , а Дизакское – даже в начале XVIII в. Он же, ссылаясь на армянские первоисточники, пишет, что “мелики Варандского округа происходили из дома Мелик-Шахназарянов. Керапет Тер-Мкртычян предполагает, что один из братьев Мелик-Шахназарова Мирза-бек в 1603 г. переехал из Гегаркуни в Карабах, там положил начало Варандскому меликству Мелик-Шахназарова”. Про Гюлистанское меликство тот же автор пишет: “По данным народных преданий, родоначальник Гюлистанского меликства – Мелик Беглярянов был некий “кара юзбаши” Абов, который в начале XVII в. вместе с подвластными ему людьми переселился из Удинской деревни Нат в деревню Талыш”.

О Гюлистанском меликстве в рукописи Ереванского Матенадара (4463) говорится, что “основатели этого меликства переселились из Ширвана и утвердились в деревне Талыш, взяли в свои руки управления округом”. Про Джерабертское меликство армянский историк пишет, “родоначальником владетелей Джераберт ского меликства был сын Мелик-Исраила Мелик Есаи, который, убив сюникского хана, в 1687 г. вместе со своими подданными переселился в Карабах”. По сообщению того же автора “семья Мелик-Егяна переселилась в Карабах в начале XVIII в. По одним данным она переехала в Дизак из Персии, по другим – из Лори”. Во второй половине XVIII века в Азербайджане не было единого экономического центра, и отдельные области существовали довольно замкнуто. Местные феодалы – ханы, султаны, мелики, беки, заботясь только о собственной независимости, были заинтересованы в сохранении феодальной раздробленности и всячески препятствовали объединению страны и созданию централизованной власти.

История почти всех ханств Азербайджана насыщена беспрерывными войнами и дворцовыми переворотами. Наиболее могущественными ханствами были Урмийское, Шекинское, Карабахское, Кубинское, Хойское. Заметную роль в середине XVIII века играло Урмийское ханство. Его основоположник Фатали-хан афшар задался целью создать в Азербайджане единое государство и стать его верховным правителем. Заручившись поддержкой ряда крупных феодалов Фатали-хан афшар сумел легко подчинить своей власти Карадагское, Марагинское, Тебризское ханства и ряд мелких феодальных владений Южного Азербайджана. После объединения ряда азербайджанских ханств Фатали-хан афшар стал добиваться распространения своей власти на все Закавказье. Он направил послов в Кахетию. Эриванское (Ереванское) и Карабахское ханства, требуя заложников в знак покорности. Посланники, однако, вернулись с отказом. Начались военные действия. Весной 1751 года большой отряд афшарских войск подступил к Эриванской крепости и осадил ее. Однако вскоре урмийцам пришлось снять осаду и направиться в сторону Кахетии, ибо Кахетинский царь Ираклий II направил на помощь осажденным свои войска. Сражение завершилось победой урмийцев, и Фатали-хан афшар получил заложников и контрибуцию.

В 1756 года он выступил против Карабахского ханства. Правда, афшарские войска не смогли взять хорошо укрепленную Шушинскую крепость, но поскольку длительная осада истощала запасы защитников, Панах Али-хан Карабахский решил внешне выразить покорность Фатали-хану афшару, отдав своего сына Ибрагим-хана ему в заложники. Фатали-хану афшару удалось также добиться признания его верховной власти Талышским ханством и Куткашенским султанством В Северном Азербайджане одним из влиятельным правителей, стремившихся к подчинению сопредельных ханств, был основатель Шекинского ханства Гаджи Челеби. В начале своего правления ему удалось присоединить к Шекинскому ханству Кабалинское и Арешское султанства, однако его войны с Гянджинским, Карабахским и Шемахинским ханствами завершились безрезультатно. Гаджи Челеби сумел упорядочить внутреннее положение в подвластных ему областях и укрепить Шекинское ханство. Однако после смерти Гаджи Челеби (1755) Шекинское ханство в значительной стеени утратило свое могущество.

Одним из крупнейших ханств Азербайджана было Карабахское ханство. Его основателем был крупный феодал из племени джеванширов Панах Али-хан. Построенная им крепость Шуша (столица ханства) при нем успешно выдержала нападения каджарских племен во глав с Мухаммедом Гасанханом и урмийцев под предводительством Фатали-хана афшара. После смерти Панах Али-хана Карабахское ханство возглавил его сына Ибрагим хан. Во время правления Ибрагим хана (1763-1805 года) авторитет Карабахского ханства еще более возрос. Ему удалось подчинить себе ранее вышедшее из повиновения Карабахские меликства, и нейтрализовав происки Екатерины II путем изъявления покорности России, укрепить положение Карабахского ханства.

Одним из наиболее ранних ханств Азербайджана явилось Кубинское ханство, возникшее еще в начале XVIII века. Кубинское ханство стало играть большую роль в Закавказье в период правления знаменитого Фатали-хана Кубинского (1758-1789), проводившего политику объединения азербайджанских земель. За короткий срок он присоединился к своим землям Сальянское султанство, Дербентское, Бакинское и Шемахинское ханства. Шекинское ханство также вскоре оказалось в зависимом положении от Кубинского, которое в конце 60-х годов XVIII века превратилось в одно из самых могущественных ханств Азербайджана. Не случайно, во время русско-турецкой войны в 1769 году Турция старалась привлечь Кубинское ханство на свою сторону. К установлению дружеских с Кубинским ханством стремились правители многих феодальных владений Азербайджана и сопредельных с ним областей. Терский житель Булат, посетивший Фатали-хана сообщал, что видел в Дербенте, во дворце у Фатали-хана представителей с подарками из Гилянской провинции, из городов Ардебиля, Тебриза, Гянджи, просивших взять их области под свое покровительство.

В период правления Фатали-хана Кубинского значительная территория Азербайджана, находившаяся под его властью, получила передышку от бесконечных войн. Казалось, попытка политического объединения Азербайджана до некоторой степени осуществилась, однако со смертью Фатали-хана это непрочное объединение, не имевшее твердой экономической основы, быстро распалось.

К середине 80-х годов XVIII века в Иране власть перешла к основателю каджарской династии Ага Мухаммед-хану, который задался целью подчинить своей власти все Закавказье. Ага Мухаммед-хан направил всем закавказским и южноазербайджанским правителям фирманы, требуя покорности. Ввиду отказа большинства ханов Азербайджана и царя Картли-Кахетии принять фирман, летом 1795 года полчища Ага Мухаммед-хана двинулись в пределы Закавказья. Иранские войска разорили Талышское, Нахичеванское и Ереванское ханства. Однако крепость Шуша оказала им стойкое сопротивление. Карабахцы в течение 33 дней успешно оборонялись, нанося чувствительные удары противнику. В результате Ага Мухаммед-хан вынужден был снять осаду с Шуши и двинул свои войска в Грузию.

Российское правительство, обеспокоенное вторжением иранских войск в Закавказье и учитывая антииранские настроения местных правителей, в апреле 1796 года направило в Азербайджан войско под командованием В. Зубова. Ага Мухаммед-хан спешно покинул пределы Закавказья.

Русские войска почти без препятствий (за исключением непродолжительного сопротивления Дербентской крепости) за короткий срок заняли Кубу, Баку, Шемаху, Гянджу. Ибрагим-хан Карабахский направил в лагерь Зубова своего сына Лютфали-бека с изъявлением покорности.

Однако после смерти Екатерины II в 1796 году вступивший на престол Павел I срочно отозвал русские войска обратно. Ага Мухаммед-хан воспрянул духом и в 1797 году вновь вторгся в Азербайджан, в Карабахское ханство. На этот раз противнику не без помощи предателей удалось захватить Шушу. Вскоре Ага Мухаммед-хан был убит в результате заговора дворцовых вельмож и местных феодалов, но его смерть не ликвидировала угрозы со стороны Ирана для азербайджанских ханств. Новый шах – Баба-хан, именуемый Фатали-шахом, вновь стал добиваться покорности закавказских правителей.

В XVIII веке, особенно после ликвидации иранского господства, в азербайджанских городах наблюдалось заметное оживление культурной жизни. Во многих из них были открыты школы, медресе. Появляется историческая литература на азербайджанском языке. Так, в трактате “Ханадан-е Сефеви”, написанном на азербайджанском языке, описана история сефевидской династии с момента ее возникновения.

Поэты Азербайджана в XVIII веке создавали произведения, близкие по духу народной поэзии, призывавшие к борьбе за освобождение. В произведениях таких видных представителей азербайджанской литературы, как Нишат Ширвани, Шакир Ширвани и других отчетливо звучит протест против жестокости иноземных захватчиков и междоусобных войн, наносивших большой урон стране. Так, Шакир Ширвани в своем мухаммас “Сказание о Ширване” описывает кровавое событие – подавление Шемахинского восстания в 1743 года войсками Надир-шаха. Междоусобным войнам в Ширване в середине XVIII века посвящен мухаммас другого видного поэта Ага Масиха. Поэт Наби, будучи приближенным шекин6ских ханов, многие свои стихотворения посвятил описанию их жизни и деяний.

XVIII век дал азербайджанской литературе и ряд интересных образцов прозы. Наиболее значительным памятником в этом отношении является “Сказание о Шахрияре”, в котором отчетливо звучит тема разоблачения социального неравенства. Другим образцом прозы XVIII века является новелла “Вор и кази”, в которой блюститель закона – кази ставится на одну доску с вором: оба они разными способами обманывают и грабят простодушных людей. В XVIII веке достигла расцвета ашугская поэзия. Ашуги и близкие им по стилю поэты, такие, Хаста Касум, Саими, Салех, Урфани, Мелали и другие в свиох произведениях старались выразить чаяния и стремления народа.

Вершин поэзии в XVIII века достигли выдающиеся азербайджанские поэты-лирики Молла Панах Вагиф и Молла Вели Видади. Хотя большинство лирических произведений Видади проникнуто чувством печали и скорби, но в них наряду с этим воспеваются лучшие человеческие качества: честность, смелость, сила разума, самоотверженность готовность к подвигам во имя высоких идеалов. Народность, богатство образов, отточенное художественное мастерство, живой и выразительный язык, оптимизм – вот главные черты творчества Вагифа. Поэт благодаря своим незаурядным способностям и глубоким познаниям приобрел широкую известность в Азербайджане. Впоследствии он был приглашен ко двору карабахского хана Ибрагима и назначен его главным визирем. Вагиф последовательно придерживался русской ориентации и был сторонником близки взаимоотношений с соседней Грузией. Он принимал активное участие в обороне Шушинской крепости в 1795 году во время войны с Ага Мухаммед-ханом. Спустя два года, когда противнику все же удалось проникнуть в Шушу, Вагиф был брошен в темницу; после освобождения из заключения поэт пал жертвой дворцовых интриг.

Азербайджанская поэзия XVIII века, особенно ашугская, оказала заметное влияние на поэзию народов Кавказа. Многие армянские, лезгинские ашуги слагали свои песни на азербайджанском языке. В Грузии, Армении и Дагестане образцы азербайджанской поэзии пользовались большой популярностью, многие из них были записаны в армянской и грузинской транскрипции.

В XVIII веке продолжали развиваться музыка, живопись и архитектура Азербайджана. Азербайджанская музыка обогащались народными мелодиями. Ашуги создавали новые дастаны и исполняли их на сазе. Певцы (ханенде) слагали новые припевы ( теснифы) к древним мугамам и песням. Из музыкальных инструментов в XVIII веке были особенно распространены саз, тар, кеманча, балабан (свирель), зурна, тутек (дудка), нагара, деф.

Многие памятники культуры, созданные руками азербайджанских зодчих и мастеров изобразительного искусства XVIII века, сохранились по сей день, например, дворец шекинских ханов, построенный в Нухе в 1762 году и богато украшенный резьбой (шебеке) по фасаду и росписью. Азербайджанские художники достигли высокого мастерства в искусстве орнаментов, которыми украшались здания, посуда, оружие и надгробные камни.

(Source: http://www.azeri.ws/history/new.shtml)

28 апреля 1920 года, отмечаемый как праздник в советское время, был последним днем существования первого на мусульманском Востоке светского государства – Азербайджанской Демократической Республики (АДР).

АДР в течение почти двух лет в труднейших условиях пыталась отстоять свою независимость и реализовать масштабные планы государственного строительства.

Парламент АДР, в который входили депутаты от всех национальностей, проживающих в Азербайджане (азербайджанцы, русские, молокане, армяне, евреи и т.д), возглавлял выдающийся политический деятель Алимардан бек Топчибашев, выпускник юридического факультета Петербургского университета, блестящий дипломат, приложивший неимоверные усилия для сохранения независимости своей родины. Его труд “Дипломатические беседы в Стамбуле” и сегодня остается ярким документом той эпохи.

Кабинет министров возглавлял Фатали хан Хойский, выпускник юридического факультета Московского университета, зверски убитый террористами в 1920 году средь бела дня в Тбилиси. Двое выдающихся генералов царской армии, вошедших в состав кабинета министров, – Мехмандаров и Шихлинский, занимались формированием армии, способной защитить независимость молодой республики.

Очень многое делалось для нужд просвещения и здравоохранения. Именно в период АДР был открыт Бакинский университет. Молодые люди направлялись для обучения в Париж.

Флаг сегодняшнего суверенного Азербайджана – это наследие АДР. Правительственным постановлением от 24 июня 1918 года государственным флагом Азербайджанской республики был признан флаг, представляющий собой полотнище с изображением белого полумесяца и белой восьмигранной звезды на красном фоне. 9 сентября 1918 года этот флаг был заменен триколором, состоящим из голубой, красной и зеленой полос с белым полумесяцем и восьмигранной звездой.

Три цвета государственного флага Азербайджанской республики, по выражению М.Э.Расулзаде, “символизировали тюркскую национальную культуру, современную европейскую демократию и исламскую цивилизацию” (газета “Азербайджан”, 10 декабря 1919 года). К 28 мая 1920 года истекал срок конкурса, объявленного правительством АДР для создания гимна и герба. Автором гимна являлся выдающийся азербайджанский композитор Узеирбек Гаджибеков.

Также был создан государственный герб Азербайджанской Республики. Герб изображен в форме восточногощита на фоне дуги, сплетенной из ветвей дуба и пшеничных колосьев. На щите на фоне цветов Государственного флага Азербайджанской Республики изображена восьмиконечная звезда, посередине которой горит огонь. В цветном изображении герб выглядит так: звезда – белого, огонь – красного, ветви дуба – зеленого, колосья – желтого цвета. Края щита и звезды окаймлены золотистым цветом, желуди дуба и пуговки щита также золотистого цвета. Изображенный на гербе щит представляет воинскую мощь государства, героическую доблесть народа. Ветви дуба, означающие славу, известность и силу, а колосья – изобилие, урожайность, плодородность являются традиционными символами. Восьмиконечная звезда является разновидностью орнаментального узора, получившим широкое распространение в архитектурном и ювелирном искусстве Азербайджана. Эта звезда также изображена и на государственном флаге Азербайджанской Республики. Огонь в центре герба изображен в виде слова “Аллах”, написанного старым алфавитом. Для того, чтобы понять сущность огня, вспомним слова М.Э.Расулзаде: “Азербайджан – источник огня. Наша Родина всегда свято вскармливала на своей груди один огонек. Этот огонек еще с древних времен сформировал идею веры и светлой надежды.”

Однако АДР не суждено было дожить до 28 мая 1920 года. Ровно за месяц парламент республики, приняв все условия большевиков, сдал им власть. Сдал без единого выстрела, сдал, чтобы уже наутро убедиться, что ни одно из требований, безоговорочно принятых большевиками, не было выполнено.

Хроника событий предшествующих созданию АДР:

После февраля 1917 года Азербайджанское национальное движение от постановки и обсуждения на страницах печати проблем, в основном национально-культурного характера, переходит к выдвижению и решению чисто политических задач. Доминирующее положение в Азербайджане в новых условиях занимает партия “Мусават”, созданная в 1911 году и с самого своего зарождения поставившая целью отстаивание принципа самоопределения нации.

В конце октября 1917 года в Баку состоялся первый съезд партии “Мусават”, принявший новую программу, некоторые основные положения которой заключались в следующем:

1. Государственный строй России должен быть в форме федеративной демократической республики, на началах национально-территориальной автономии.

2. Свобода слова, совести, печати, союзов, собраний, стачек должны быть утверждены конституцией и гарантированы государством

3. Все граждане, без различия вероисповедания, национальности, пола и политических убеждений равны перед законом. Паспортная система упраздняется. Всякому предоставляется полное право передвижения как в пределах своей страны, так и выезд за пределы государства без всяких специальных на то разрешений.

4. Для всех служащих и рабочих устанавливается восьмичасовой рабочий день.

5. Все казенные, удельные, дворянские и частновладельческие земли раздаются крестьянам бесплатно и безвозмездно.

6. Суды подчиняются лишь законам и впредь, до утверждения постановлений полномочных судебных органов, ни один гражданин не подлежит наказанию.

7. Всеобщее, бесплатное и обязательное начальное и высшее обучение (Центральный государственный архив Азербайджанской Республики, ф.894, оп.1, ед.хр.56, л.5).

2 ноября 1917 года, на конференции расширенного Бакинского Совета, большевикам удается добиться объявления этого органа высшей властью в городе, однако власть Бакинского Совета дальше окрестностей Баку не распространяется. Остальная часть Закавказья управлялась Закавказским комиссариатом, созданным 11 ноября 1917 года. В Закавказское правительство, возглавляемое Е. Гегечкори, вошли и три представителя Азербайджана – Ф. Х. Хойский, М. Ю. Джафаров и Х. Хасмамедов.

23 февраля 1918 года в Тифлисе открылся Закавказский Сейм – законодательный орган Закавказья. В его состав вошли депутаты, избранные от Закавказья во Всероссийское Учредительное Собрание. Азербайджанская фракция Сейма состояла из 44 депутатов, представляющих партии “Мусават”, “Иттихад”, “Гуммет” и мусульманский социалистический блок, лидером фракции являлся М. Э. Расулзаде.

В марте 1918 года в Баку большевики, под видом борьбы с национальной буржуазией и религиозными деятелями убивали мусульман.

С утра 30 марта 1918 года в различных районах Баку начались стихийные митинги азербайджанцев. Ситуация с каждой минутой накалялась, положение не спасло обращение “Мусавата” к населению с призывом проявить сдержанность. Провокационный обстрел конного отряда Красной армии послужил поводом для начала крупномасштабной военной операции против мирного азербайджанского населения. В Баку была учинена массовая резня азербайджанцев со стороны частей Красной армии Бакинского Совета. После Баку настала очередь и других азербайджанских городов – Кубы, Шемахи, Ленкорани, Сальян и Кюрдамира.

Впоследствии лидер “Мусавата” М. Э. Расулзаде по этому поводу отмечал: “В мартовских событиях обвиняли “Мусават”. Это было совершенно безосновательно, так как для объявления войны нужно было располагать хоть какой-нибудь физической силой, которой у “Мусавата” не было. Другие обвиняют “Мусават” в том, что он вызвал мартовские события путем защиты идеи автономии Азербайджана. Это может быть похоже отчасти на правду. Если бы мы покорно гнули головы перед врагами нашей свободы, не было бы, может быть, этих событий. Но мы этого сделать не смогли. Мы открыто в то время требовали автономию для Азербайджана. Этим мы увеличивали число наших врагов” (газета “Азербайджан”, 6 декабря 1919 года)

22 апреля 1918 года Закавказье было провозглашено независимой федеративной республикой, а 26 апреля сформировано новое правительство Закавказья под руководством А. Цхенкели. В состав этого правительства вошли 5 представителей Азербайджана: Ф. Х. Хойский (министр юстиции), Х. Мелик-Асланов (министр путей сообщения), Н. Усуббеков (министр просвещения), М. Г. Гаджинский (министр торговли и промышленности) и И. Гейдаров (министр государственного контроля). Страна, не имевшая единой сильной власти, была охвачена анархией. Межнациональная вражда достигла своего апогея в Эриванской губернии. 80 тысяч азербайджанцев Эриванской губернии стали беженцами. Хотя азербайджанская фракция потребовала от Сейма предпринять меры с целью водворения беженцев на места их прежнего проживания, это не дало никаких результатов.

26 мая 1918 года Закавказский Сейм, по инициативе грузин, принял решение самораспуститься. В тот же день была провозглашена независимость Грузии.

28 мая 1918 года провозгласил свою независимость Азербайджан. Так появилась Азербайджанская Демократическая Республика.

4 июня 1918 года между Турцией и Азербайджанской Демократической Республикой был заключен договор о мире и дружбе.

16 июня 1918 года азербайджанское правительство переехало из Тифлиса в Гянджу. 27 июня 1918 года азербайджанский язык был объявлен государственным языком АДР.

12 июня 1918 года вооруженные силы Бакинского Совета большевиков начали наступление на Гянджу. Азербайджанское правительство было вынуждено обратиться за военной помощью к Турции . Объединенные турецко-азербайджанские войска разгромили под Геокчаем армию большевиков.

15 сентября 1918 года турецко-азербайджанская армия вошла в Баку.

7 декабря 1918 года открылся парламент Азербайджанской Республики, первоначально состоящий из 97 членов. Председателем парламента стал А. М. Топчибашев, его заместителем Г. Агаев. Одной из важнейших задач, стоявших перед Азербайджанской республикой, было налаживание нормальных отношений с соседней Арменией. Армянская Республика же с первых дней своего существования начала ничем не прикрытую агрессию против Азербайджана, стремясь аннексировать исконно азербайджанские земли – Зангезур, Нахичевань и нагорную часть Карабаха. Летом 1918 года отряды Андраника вероломно вторлись в Зангезур и учинил резню азербайджанцев.

23 ноября 1919 года в Тифлисе между Азербайджаном и Арменией было заключено соглашение, согласно которому стороны обязались прекратить все происходящие между ними вооруженные столкновения и решить все спорные вопросы, включая вопрос о границах, мирным путем. По соглашению Армения взяла на себя обязательства и вывела свои войска из Зангезура. Стороны также договорились в самое ближайшее время созвать совместную конференцию.

14 декабря 1919 года открывшаяся в Баку Азербайджано-Армянская Конференция не привела к положительным результатам. Не прошло и нескольких недель, как армянские войска, нарушив условия соглашения от 23 ноября 1919 года, вновь напали на Зангезур.

11 января 1920 года Верховный Совет Союзных Держав – победительниц в Первой Мировой войне единогласно принял решение о признании де-факто независимости Азербайджана.

22 марта 1920 года армянские отряды напали на Ханкенди, что послужило сигналом для начала армянского мятежа на территориях, где проживали армяне – нагорная часть Карабаха, Гянджинский и Казахский уезды. Этот мятеж вынудил правительство Азербайджана сосредоточить почти все вооруженные силы в этих местах.

В то же время, в середине апреля, части XI Красной Армии, разбив остатки войск Деникина, подошли к северным границам Азербайджана.

27 апреля части XI Красной Армии перешли азербайджанскую границу и 28 апреля вошли в Баку. Трагична была судьба всех и каждого члена этого правительства. Не желая проливать понапрасну кровь, руководствуясь высшими идеалами, они поневоле чувствовали себя предателями, наблюдая все прелести красного террора. Те члены правительства, парламента АДР, да и просто люди, так или иначе причастные к нему, что не погибли в первые дни и месяцы после апреля, методично и целенаправленно изничтожались вплоть до 1937 года. 1937 год подвел окончательную черту.

По материалам Azerbaijan-info.com

(источник: azeri.ru)