Голос Мирзы Хазара

Уважаемые друзья и коллеги! Дамы и господа!

Представляем Вашему вниманию полный текст допроса Гилала Мамедова
(см. аттачмент), председателя Комитета Защиты Прав Н. Мамедова, в качестве свидетеля на закрытом Судебном процессе (02.06.2008, 16-оо - 18-оо), по делу главного редактора газеты «Толыши Садо» Новрузали Мамедова и ответственного секретаря той же газеты Эльмана Кулиева, обвиняемых по статье 274 («Измена Государству») УК Азербайджанской Республики.

Полный текст стенограммы допроса отражен на сайте Русского ПЕН –центра (Международная Правозащитная Писательская Организация), см. http://www.penrussia.org/, а сокращенный вариант был опубликован в Бакинской газете «Новое Время» (см. №202(1702) от 3 декабря 2008 г. http://www.novoye-vremya.com/new/2008/12/03/anons=3 и № 203(1703) от 4 декабря 2008 г. http://www.novoye-vremya.com/new/2008/12/04/get=18333,
за что мы весьма благодарны руководству Пен-центра и указанной газеты и всем другим, кто любезно содействовал его распространению.

Надеемся, что данный текст внесет ясность во многие вопросы, связанные с этим процессом. Ведь, этот документ является единственным «живым эпизодом» из сцены «тайного процесса», точнее, страшный эпизод из трагического спектакля над судьбами людей и народов.
Конечно же, в 38 (!)-ми листовом приговоре Суда от 24.06.2008, по которому Н.Мамедов получил 10 лет, а Э.Кулиев 6 лет лишения свободы за «Измену Государству», вы не найдете ничего существенного, кроме пары формальных предложений.
Но, данный текст, подписанный свидетелем Г.Мамедовым, полностью содержится в Апелляционной жалобе адвоката Н.Мамедова.
Прошло 5 месяцев, но, Апелляционный Суд никак не состоится. В ходе данного процесса на каждом шагу нарушаются элементарные конституционные и международные законы и права человека. Как теперь часто говорят в народе, - не «в законе сила», а «в силе закон»!
А Н.Мамедов и Э.Кулиев, перемешенные теперь в Баиловский СИЗО, с надеждой ждут справедливого решения Апелляционного Суда…Но, что же, пусть ждет…
И мы будем надеяться на восстановление внутригосударственных и международных правовых норм и реальных демократических преобразований в нашем государстве!

С уважением к Вам
Комитет Защиты Прав Н.Мамедова,
Председатель: Г.А. Мамедов.
Е-маил: hilalmamedov@yandex.ru
Тел: (050) 559-40-63, (012)423-21-22

********************************************************************

Допрос

свидетеля Гилала Мамедова на закрытом процессе от 2 июня 2008 года (16-00 – 18-00) Суда по Тяжким Преступлениям по делу главного редактора газеты «Толыши Садо» Новрузали Мамедова и ответственного секретаря газеты Эльмана Кулиева, обвиняемых по статье 274 («Измена государству»)

Свидетель Гилал Мамедов (Г.М) представился.

Адвокат Новрузали Мамедова Рамиз Мамедов: С какого времени вы знаете Новрузали Мамедова, и с какого времени и в какой должности были активистом Республиканского Талышского Культурного Центра (РТКЦ)?

Г.Мамедов. С 1990 года после возвращения из Москвы (с 1981-1990 г. занимался научной деятельностью), познакомился с Новрузали Мамедовым. В те годы его считали единственным ученым – талышеведом, и он являлся председателем РТКЦ. Если не ошибаюсь в конце 1990 или в начале 1991 года был избран заместителем председателя Культурного Центра.

Адвокат: А с Э. Кулиевым как, были знакомы и с какого времени?

Г.Мамедов. Нет, не был, один или два раза случайно встречались.

Адвокат (обращаясь к Э.Кулиеву): Это верно?

Э.Кулиев. Правильно, правильно…Он несколько раз звонил ко мне домой, хотел встретиться, но я всегда избегал его.

Новрузали Мамедов (реплика). Слава Богу, Гилал, тебе повезло, а то и тебе пришлось бы услышать о себе непостижимые уму вымыслы, которые тебе не снились…

Адвокат, а затем, и судья Ш. Алескеров одновременно задали одни и те же вопросы:
Вы подтверждаете свои показания данные следствию?

Г.Мамедов. Да, подтверждаю.

Адвокат. Что побудило Вас создать Комитет Защите Прав Новрузали Мамедова?

Судья (обращаясь к адвокату): Во-первых, опираясь на какой конкретный факт, Вы говорите о наличие такого комитета под председательством Г.Мамедова? Конкретно, в каком СМИ об этом сообщилась? Если ни в одном издательском органе нет об этом сообщения, то я снимаю вопрос.

Адвокат. “Мусават”, “Азадлыг”, “Бакы-Хебер” и в других газетах постоянно пишут об этом.

Г.Мамедов. Господин Судья, разрешите внести некоторую ясность. Не только в перечисленных адвокатом изданиях но и во многих проправительственных газетах, а также в агентствах Медиафорума, АПА, ТУРАН, Дау.Аз, Тренд и в др. СМИ можно встретить сотни сообщений. И по радио «Свобода», «БиБиСи», «Голос Америки», и в СМИ России, Америки, Испании, Германии, Ирана, Турции было достаточное количество сообщений на этот счет.
Уважаемый Суд, чтобы убедиться в этом, надо заглянуть в ресурсную систему поиска в интернете на разных языках, где Вы встретите официальные данные с заглавиями «Х(Г)илал Мамедов», «Новрузали Мамедов» и т.д.

Судья. Пожалуйста, теперь можете ответить на вопрос адвоката.

Г.Мамедов. Благодарю. Создать Комитет пожелали не только семья Н.Мамедова, но и активисты РТКЦ и другие патриотические силы из числа интеллигенции. Адвокат Н.Мамедова тоже одобрил эту идею и посоветовал возложить руководство на людей из числа аксакалов. К сожалению, никто не соглашался брать на себя руководство. Обращались к представителям госструктур, которые в то время были близки с Новрузали Мамедовым, к ученым, с которым вместе работали, но все почему-то отстранились.
В те времена мы с Новрузали муаллимом стояли на разных позициях во взглядах на общественно- политическую жизнь. В этом отношении могу довести до Вашего сведения многочисленные факты. Поэтому, и это, и то, что после известных августовских событий 1993 г. в отношения меня создался некоторый отрицательный имидж, я подумал: если я возглавлю комитет - это воспримут двояко.
Но после того как мы обратились к известным общественным деятелям, и все они отказались, видя сложность предъявленных обвинений, я по призыву своей совести и гражданского долга решил возложить на себя груз ответственности.

Адвокат. Вы отметили, что у Вас с Новрузали Мамедовым имелись разногласия и также известно, что именно с вашим непосредственным участием на проводимой конференции РТКЦ в 1992 г. Н.Мамедов и С.Асадуллаев были отстранены от руководства Центром. Как Вы можете объяснить суду сущность ваших разногласий и отстранение названных лиц?

Г.Мамедов. Во – первых, необходимо отметить, что наши отношения с Новрузали Мамедовым и Сейфуллой Асадуллаевым не носили личного характера, просто в то время для национального возрождения народа необходимо было проводить лишь больше мероприятий. Тогда многие из нас с огромным удовольствием и без всякого личного интереса хотели работать в этом направлении. Но считали, что на указанном пути Н.Мамедов и С.Асадуллаев не используют все законные возможности, представленные нам в те времена, даже иногда считали, что они по чьей-то диктовке искусственно создают препятствия на указанном пути.
Как только вышла газета «Толыши Садо» наши разногласия еще больше обострились. Часто возникали разногласия между нами при опубликовании той или иной статьи или перепечатке. В то же время я руководил вновь созданной Талышской Народной Партией (ТНП). Ввиду того, что у нас не было еще печатного органа, нам не разрешалось пользоваться этой газетой в качестве политической трибуны. Нам сообщили, что газета является органом Культурного Центра, а не политического. Конечно сегодня, услышав подобное, можно полностью оправдать их мнение. Но, в тот период неожиданный случай обострил нашу борьбу. Так как в «Толыши Садо», если не ошибаюсь в последнем октябрьском 1992 г. номере был опубликован устав другой партии т.н. «Национальное Единство» (председателем которой был депутат тогдашнего парламента Гаджибаба Азимов) идеологически чуждом к нашему народу, по поводу чего мы разгневались… Тогда обоим предъявили ультиматум: «почему в газете выделили место не Талышской Народной Партии, а партии, противоположной национальным идеям нашего народа?! Вы не имеете права работать ни в газете, ни в Культурном Центре».
Поэтому, срочно набрав большинство голосов от Верховного Совета Культурного Центра, мы провели Конференцию и там же отстранили их от руководства Центра и газеты. Таким образом, газета с уставом вышеуказанной партии, была последним номером при их руководстве.

Прокурор. Вы ответили на некоторые вопросы, которые и я хотел задать, но хотели бы уточнить некоторые моменты: в своих показаниях вы говорите, что «Новрузали Мамедов всегда придерживался взглядов государственности, был лоялен по отношению существующей власти». Прошу пояснить свою мысль, что Вы имели в виду, утверждая это?

Г.Мамедов. Во-первых, в то время Новрузали Мамедов занимал ряд общественных должностей в Академии и Президентском Аппарате. Например, был парткомом, профкомом своего Института, позже секретарем Ученого Совета, официальным представителем по Национальным Меньшинствам советника президента по национальным отношениям Гидаята Оруджева. Также являлся официальным представителем учебно-методического отдела Министерства Просвещения. Н.Мамедов был приближенным лицом Г.Оруджева, часто виделся с ним. Как-то я ему сказал, что он не доводит до сведения верхов наши требования, и попросил на очередную встречу с Оруджевым пригласить и меня. Сказать по- совести, Новрузали муаллим согласился. На этой встрече я в очень эмоциональной форме обвинил Оруджева в нарушении наших прав. Позже я услышал, что Г. Оруджев был сильно рассержен на Новрузали Мамедова из-за меня.
Сегодня, спустя 16 лет, вспоминая те события и сравнивая с сегодняшней кризисной национально- этнической ситуацией в нашей республике, я понимаю, в насколько трудном положении был тогда Новрузали Мамедов.
Вот, что я имел в виду в своих показаниях.

Прокурор. Показания приняты. Спасибо.

Адвокат. В июльском номере газеты «Толыши Садо» за 1992 г, напечатана ваша статья - «Встречи талышских культурных деятелей с иранскими гостями», а через несколько месяцев интервью с иранским талышоведом Али Абдоли. Играл ли какую-либо роль и оказывал ли на Вас давление в создании этой статьи Новрузали Мамедов?

Г.Мамедов. Никакой роли Н.Мамедов не играл. Наоборот, первая статья вышла после того, как я месяц добивался ее опубликования, а вторая – после того, как они были отстранены от дел РТКЦ.

Адвокат. С какого времени и в какой ситуации вы познакомились с Али Абдоли?

Г. Мамедов. В 22-24 мая 1992 г. в Астаре мы должны были бы провести конференцию, посвященную Истории и Культуре Талыша. Ввиду того, что конференция была отменена из-за сложившейся в республике политической ситуации, я вернулся в Баку. Наутро мне позвонили из органов Исполнительной власти Астары и попросили приехать обратно. Сюда приехала группа ученых из Ирана. Я, как основной организатор конференции, вернулся в Астару. Вот именно тогда, наряду с другими гостями, я и познакомился с Али Абдоли.

Судья. Кто кроме Вас принимал этих гостей? Где и с кем Вы встретились?

Г.Мамедов. Среди гостей были известный иранский теолог Харуни Шафиги Амбарани и его ученики. Руководитель ДУМК Хаджи Аллахшукур Пашазаде и некоторые официальные представители властей приходили на встречу с ними. Глава исполнительной власти Астары выделил для них микроавтобус, на котором мы приехали в Баку. А там провели несколько встреч, в том числе с бывшим кандидатом в президенты республики президентом Национальный Творческой Академии Низами Сулеймановым, с руководством Института Истории, со студентами Бакинского Государственного Университета, с верующими мечети «Таза Пир», в т.ч. с активистами РТКЦ. На последней встрече они познакомились с Новрузали Мамедовым и Сейфулла Асадуллаевым. Низами Сулейманов присвоил Харуни Шафиги звание почетного академика, а Али Абдоли почетного доктора.

Новрузали Мамедов: Гилал, я благодарен тебе за подробное сообщение о событиях, у меня тоже к тебе несколько вопросов. Во-первых, встречался ли я с ними, в т.ч. и с А.Абдоли хоть раз? Во-вторых, кто привез этих гостей из Астары в Иран?

Г.Мамедов. Как я сообщил Суду, мы находились с Новрузали муаллимом на противоположных позициях. Поэтому, вторично они не встречались. А из Астары в Иран их проводили представители Астаринского райкома с моим личным участием. Как отметил, встречей и проводом гостей занимался лично я сам.

Кулиев Эльман (примерно через 10-15 минут после продолжительного выступления, по требованию Судьи конкретизировал свой вопрос):
Когда я был в Иране, сотрудник спецслужбы (?) Ирана Али Абдоли мне сказал, что в то время, когда он встречался с тобой, дал тебе несколько заданий и ты обещал, что поручения будут выполнены. Я еще раз это пересчитываю: 1) 2)…10)… и т.д.
Короче, конкретный мой вопрос: что он тебе еще поручил?

Г.Мамедов. Эльман, прежде чем ответить тебе, у меня к тебе всего один маленький вопрос: задал ли ты мне такие вопросы, когда был на воле?

Э.Кулиев. Нет, не задал бы.

Г.Мамедов. Эльман, спасибо за откровенный и честный ответ. Я прекрасно понимаю, ты делаешь все это ради избавления от тюремной жизни. Как защитник прав не только Новрузали Мамедова, но и твоих, я прощаю тебя, - в мой адрес можешь высказать любые постижимые и непостижимые уму обвинения, лишь бы это тебе помогло. Обещаю, что по возможности буду тебе помогать.
Да, ты прав, мы с Али Абдоли обсуждали представленные тобой вопросы, касающиеся взаимного развития культур нашего народа, проживающего в Иране и в Азербайджане. И все это было в рамках законов Ирана и Азербайджана. Да, я ему обещал, что мы должны расширенно работать в этом направлении.

Э.Кулиев. Хорошо, а какие из его заданий обещали выполнить?

Г.Мамедов (с иронией). Например, как ты говоришь, в соответствии с ответственными заданиями Иранских спецслужб поехать в село Сепаради Ленкоранского района с целью организации там ансамбля - «ненелер» («бабули») талышского женского хора, «завербовать» этих старушек. Решил, пусть поют они талышские песни.
(в зале слышен смех)

Э.Кулиев. Напрасно вы издеваетесь надо мной. Я буду вынужден пожаловаться на всех. На сегодняшний день я имею должное количество фактов, подтверждающих то, что Али Абдоли является сотрудником Иранских спецслужб, и Гилал Мамедов, и Новрузали Мамедов вели с ним сепаратистские переговоры.

Г.Мамедов. Эльман, а как ты можешь доказать, что Али Абдоли на самом деле из спецслужб Ирана?

Э.Кулиев. У него две жены…
(в зале смех)

Г.Мамедов (шуткой). Эльман, тогда те мусульманские мужчины, имеющие 4-х жен, наверно являются агентами спецслужб 4-х стран одновременно?

Судья (тоже смеясь). Эльман Кулиев, попрошу задавать свидетелю вопросы, относящиеся к делу. Вопрос «о двух женах» снимаю. А Вас, свидетель, попрошу на вопросы отвечать конкретно.

Э.Кулиев. Хорошо, Гилал Мамедов, скажите, где вы были 20 мая 1992 года и чем были заняты?

Г. Мамедов. Не понял, Эльман…

Э.Кулиев. Хочу спросить, где ты был с Али Абдоли и какие секретные переговоры вел с ним?

Судья. Гилал Мамедов, отвечайте серьезно, ведь Вы дали подписку о том, что в случае лжесвидетельствования вы будете привлечены к ответственности.

Г.Мамедов. Хорошо, господин Судья. На самом деле, я точно не помню, где и с кем находился 16 лет назад. Но, опираясь на написанную мной статью в «Толыши Садо», могу сказать, что вместе с иранскими гостями (среди них был и Али Абдоли) был в селе Пенсар Астаринского района.

Э. Кулиев. Верно, верно… Ты там был. Я хочу, чтобы ты ответил, какие он давал задания в беседе с тобой?

Г.Мамедов. Эльман, я же тебе сказал, что мы там обсуждали планы «вербовки» старушек из села Сепаради для создания ансамбля «Ненелер» («Бабуль»).
(в зале опять смех)

Э. Кулив. Господин Судья, скажите ему, он опять надо мной издевается.

Прокурор. Хорошо, я допрошу свидетеля. Гилал Мамедов, ответьте, были ли между Вами секретные переговоры и что вы обсуждали? Конкретно, «да» или «нет»?!

Г.Мамедов. Господин прокурор, я в своей общественно- политической борьбе никогда и нигде не искал и не использовал секретных путей, а с Али Абдоли я беседовал вместе со всеми.

Прокурор. Ясно, спасибо. Эльман, задавай другие вопросы.

Э.Кулиев. Уважаемый прокурор, разве два дня назад в этом же зале не услышали от Гаджибабы Азимова (бывший член парламента), что «Г.Мамедов агент ФСБ России» и выполняет их задания.

Г.Мамедов (с шуткой). Эльман, определись конкретно, агентом какой именно страны я являюсь. А то может быть, я агент ЦРУ?

Судья. Мамедов, хватит, я уже один раз предупреждал Вас, чтобы относились к Суду серьезно. В то же время, Э.Кулиев, когда и вы задаете вопросы, не забывайте, что Г.Мамедов не подследственный и судебный процесс не посвящен ему. Если больше вопросов не имеете, достаточно.

Э.Кулиев. Есть, есть… Зачем нет?! (роется в своих бумагах, старается говорить о истории руководимой Г.Мамедовым партии, о событиях ТММР, Судья прерывает его, что это не имеет отношения к судебному процессу).

Э.Кулиев. Да, да, вспомнил… Ведь и свидетель Б. Ганбаров засвидетельствовал то, что Гилал Мамедов пригласил его на талышскую конференцию в Ереване (и говорит об этом). Пусть он выскажет свое мнение по этому поводу…

Г. Мамедов. Господин Судья, общественность уже знакома с этой известной конференцией и если это связано с сегодняшним процессом, то могу сделать кое-какие сообщения.
(обращаясь к Эльману (с шуткой): Эльман, будь уверен, я точно не «армянский агент»!)

Судья. Нет, вопрос снимаю.

Э.Кулиев. Как не имеет отношения, уважаемые Судья, ведь и Али Абдоли и Покравеш финансировали эту конференцию, и Г. Мамедову было поручено поехать туда, не так ли?!

Прокурор (видя, что Э.Кулиев слишком разболтался, обращаясь к Г.Мамедову): Г.Мамедов, прошу, конкретно ответьте ему «да» или «нет».

Г.Мамедов. Нет, не так.

Прокурор. Ответ ясен, спасибо.
(на этом процессе Новрузали Мамедов тоже резко ответил на некоторые предложения Э.Кулиева).

Адвокат. Господин Судья, сколько можно слушать это шоу Э.Кулиева? Прошу Вас, больше не давать ему слова. Конечно же, считаю, что если к теме непосредственно касающейся сути дела можно вернутся. Например, по поводу Ереванской конференции, скажу, что и у меня возникли относящиеся к делу вопросы.
Если не ошибаюсь, в связи с этой конференцией были приняты соответствующие заявления многими, в т.ч., и Г. Мамедовым, А.Абдоли и Новрузали Мамедовым.
Хотел спросить у Гилал Мамедова, когда все это было, в чем суть заявления и кому официально передано его обращение. Я задаю этот вопрос потому, что в «деле Н.Мамедова» именно по этому поводу достаточна количество неясностей…

Прокурор. В тему «Ереванская конференция» я тоже желаю внести ясность, т.к. в материалах «дела» об этом на самом деле не раз говорится…

Судья. Хорошо, Гилал Мамедов. Прошу, выразить свое отношение по этому вопросу.

Г.Мамедов. Господин Судья, господин Прокурор, за три месяца до начала указанной конференции (т.е. в начале марта, 2005 г.) я предчувствовал, что как в нашей стране, так и за рубежом некоторые заинтересованные силы еще долго будут пользоваться этой конференцией в качестве орудия для искусственного создания национально - этнической проблемы. И возможно, даже будет фигурировать в том или ином следственном материале.
Поэтому, для того, чтобы положить конец этому, за три дня до начала конференции, т.е. 17 мая 2005 года, я от имени нашей партии – ПРНА (Партия Равенство Народов Азербайджана, ранее называемая Талышская Народная Партия) распространил соответствующего заявления в целях ее бойкота. На следующий же день, т.е. за два дня до конференции, это заявление было официально представлено послу Азербайджана в Москве Рамизу Ризаеву. Он сообщил, что довел до сведения президента эту информацию.
Вместе тем, как недавно отметил, и на этом судебном процессе в целях предотвращения использование этой конференции в качестве орудия в дальнейшем, я довожу до Вашего сведения некоторые важные моменты нашего заявления.
Во-первых, как было отмечено в указанном документе, посол был информирован еще за три месяца до конференции и я просил его создать все возможные условия для проведения подобной конференции в Баку, и он дал слово сделать это. Однако ни посол, ни руководство Азербайджана абсолютно ничего для этого не предприняли, а наоборот, своей пассивной позицией создали все благоприятствующие условия для проведения мероприятия в Ереване.
Уважаемый Суд! К сожалению, иногда мы вместо того, чтобы решить ту или иную проблему, создаем новые, и этим еще более обостряем создавшуюся ситуацию. С этой точки зрения, иногда вместо того, чтобы в демократической форме обсудить и решить создавшуюся ту или иную национально - этническую проблему, официальные власти наоборот, еще больше обостряют ее. Так происходит и в нашей стране…
Представьте себе, впервые в мире, конференция солидарности талышей была проведена 31 марта 1991 года в Турции (в Стамбуле) и на ней присутствовали представители со всего мира, однако ни один талыш из нашей республики не смог там участвовать. Наверно, Вы спросите, “а почему в Турции, разве там живут талыши?”. Да, в одно время, до советской власти и после второй мировой войны переселившиеся туда представители талышской интеллигенции организовали такую конференцию и по их информации, в Турции проживают 37 тыс. 500, в Европе 270 тыс., а в Советском Союзе всего 21 тыс. талышей. В то время, и мы хотели провести подобную конференцию в нашей стране. К сожалению, не только в СССР, но и после провозглашения независимости Азербайджана мы не имели возможности сделать это. Хотя до последних дней на государственном уровне проводятся различные международные мероприятия, посвященные идеям пантюркизма. Вот, именно поэтому, в целях борьбы за равноправие всех национальностей и народов проживающих в Азербайджане, в т.ч. и для защиты общественно-политических прав талышей, мы тогда были вынуждены создать соответствующую политическую партию, под названием – Партия Равенства Народов Азербайджана (ПРНА). А первое наше противостояние с Новрузали Мамедовым и Сейфулла Асадуллаевым произошло именно на этой почве, - т.к. они были категорически против политизации национального движения. Но, как я отметил ранее, наша открытая и искренняя борьба за свободы нашего народа все время толкала нас только вперед и вперед…
А августовские события 1993 года были итогом ряда политических ошибок прежних руководителей страны в решении национально-этнических проблем и спустя некоторое время из-за начатых преследований лично меня и других членов, возглавляемой мной партии многие из нас были вынуждены покинуть родину.
Уважаемый Суд! Здесь же, хочу дать маленькое пояснение к отклоненному Вами вопросу адвоката, что на самом деле, членам ПРНА не было тогда выдвинуто официальных обвинений, но после запрета легальной деятельности нашей партии и из-за постоянных преследований со стороны силовых структур (особенно, МНБ), мы были вынуждены эмигрировать. После 12 лет эмиграции, возвращение в страну, являющуюся равноправным членом ПАСЕ, с надеждой на будущее мы столкнулись с более неприятной ситуацией, которая потрясла нас еще больше… К сожалению, на пути к демократическим преобразованиям, наша страна не только не делала почти никаких реальных шагов, а наоборот, стремящиеся к этому люди преследовались чуть ли на каждом шагу.
Преследования и арест «инакомыслящих» общественно-политических, научных деятелей, должностных лиц, журналистов и т.д. просто не имели границ…
А арест Новрузали Мамедова, являющегося руководителем единственного Культурного центра и газеты миллионного талышского народа, показывают явный кризис и в национально – этнической области страны.
Будучи вызванным в качестве свидетеля в МНБ (Министерства Национальной Безопасности) по этому делу, я почувствовал в каком плачевном состоянии находится и такие ответственные ведомства. Длящийся почти 4 часа допрос прошел при таких эмоциональных и напряженных условиях, что только Бог знает, кто кого обвинил?!. Там я оценил арест Новрузали Мамедова и Эльмана Кулиева как проведенную над судьбами людей и народов очередную экспериментальную, «профилактическую» политическую игру спецслужб. Я дал им понять, что они все еще работают по доставшимся им от КГБ методам «ломать», «вербовать» людей для вынуждения их к сотрудничеству с такого рода организациями.
Уважаемый Суд! Даже в связи с той Ереванской конференцией, я также обвинил их, в создании благоприятствующих условий для проведения подобных мероприятий.
«Почему Вы не даете возможности обсуждать свои самые простые национально-этнические культурные проблемы в своей стране, а не за рубежом. До каких пор, занимаясь разукрашиванием старой советской системы управления, не будем обогащаться соответствующими нашему национальному менталитету ценностями европейской демократии?»,
«Ведь, в соответствии с общепринятыми нормами международного сообщества Азербайджанская Республика, как субъект международного права, член ООН, ОБСЕ, СЕ, ПАСЕ, обязана придерживаться основополагающих документов Совета Европы, касающихся Национальных Меньшинств», спросил я у них.
На этот вопрос, молодой человек, являющийся помощником следователя (потом я узнал, что именно он оказывал немалое давление на Н.Мамедова и др. свидетелей при допросе), с иронией мне ответил: «Если мы приняли консультативные «обязательства» ПАСЕ, это не значит, что мы безоговорочно их должны выполнять. Пожалуйста, опять можете проводить те свои мероприятия в Ереване. А здесь, в Азербайджане даже и речи не может быть ни о конференциях, ни о газетах, ни о культурных центрах талышей и других Национальных Меньшинств!».
Уважаемый Суд! Поверьте, если следователь не принял некоторых шагов и этим не успокоил бы меня, может быть в этот момент я не смог бы справиться со своими эмоциями…
Теперь, после всего сказанного, подумайте и скажите сами, кто же создает условия для проведения подобных «Ереванских конференций», и кто же искусственно создает разногласия между нашими народами, кто же ущемляет наши национальные и др. общечеловеческие права?
Кстати, хочу довести до Вашего сведения и то, что человек, который сегодня фигурирует в данном судебном разбирательстве как сотрудник иранских спецслужб Али Абдоли, в своей стране также бойкотировал эту конференцию и представил соответствующее обращение послу Азербайджана в Иране.
Хочу представить вам еще одно заявление, по поводу моего возвращения на родину после 12 лет изгнания, где еще три года назад общественность была предупреждена нами об возможных подобных преследованиях в стране в ближайшем будущем …
Уважаемый Суд! Прошу Вас, включить это обращение и заявление в «следственное дело», и больше не возвращаться к этому вопросу, потому что талышский народ своей солидарностью к этим нашим обращениям доказал, что никто и никогда не сможет посеять вражду между нашими народами. И пусть эти документы еще раз будет свидетелями того, что наш народ и все их представители, включая и Новрузали Мамедова, всегда боролись за защиту и укрепление Азербайджанской государственности.
Новрузали Мамедов (реплика): Гилал, ведь все прекрасно знают, что я от имени РТКЦ тоже принял тогда соответствующее заявление…
Да, уважаемый Суд, на самом деле, мы должны поблагодарить Новрузали муаллима, ведь он раньше нас принял подобный документ.
Уважаемый Суд, Партия, которой руководил я, не являясь ни оппозиционной, ни проправительственной, всегда придерживалась позиции истины и справедливости, имела свою независимую политическую линию, и не являясь орудием для грязных дел некоторых силовых структур не только в нашей стране, но и за рубежом, подвергалась многочисленным бедам. Но, поверьте, мы всегда пытались достойно относиться к оппозиционным оппонентам в нашей стране и не только вели достойную борьбу, и пытались вовремя устранить разного рода опасности, наносящие вред имиджу нашей республики. Благодарю Вас за терпение и внимание ко всему сказанному мною. Готов ответить и на все последующие вопросы.

Судья зафиксировал обращение и заявление Г.Мамедова в «Деле», и обратился к залу: Есть ли к Гилал Мамедову еще вопросы?

Прокурор (Обращаясь к Новрузали Мамедову). В своих показаниях Вы охарактеризовали Г.Мамедова как «весьма радикально настроенного…» (хотел что-то еще добавить, но, вдруг остановился), но, ладно, оставим…

Новрузали Мамедов. Да, подтверждаю, что в своих показаниях я охарактеризовал его
«безгранично эмоциональным», и он сам подтвердил это, но, несмотря на это, знаем Г.Мамедова в его деятельности как искреннего, честного и смелого человека. Также я всегда отмечал его прекрасный ораторские способности…

Прокурор. Ясно, а в своей газете почему-то… (замолчал). Ну, ладно, у меня все…

Судья. У кого-нибудь есть еще вопросы?

Эльман Кулиев. Пусть скажет, почему он без моего разрешения пошел ко мне домой? Почему он советовал моей супруге раздобыть документы, свидетельствующей о моем сумасшествии?

Судья. В своих показаниях к следователю он дал подробное объяснение этому.
Г.Мамедов, хотите еще что-нибудь добавить к своим показаниям?

Г.Мамедов. Маленькое дополнение (обращаясь Э.Кулиеву): Эльман, я и к Н.Мамедову домой ходил без его разрешения и сообщил, что мы окажем им всю посильную помощь. В отличие от его семьи, твоя супруга сразу стала говорить о материальных трудностях. Я ходил туда не один, а с двумя хорошо знакомыми тебя друзьями, с целью помочь твоей семье. Именно тогда она сообщила нам, что в период работы по линии КГБ на должности второго секретаря в Афганистане ты был отравлен змеиным ядом и несколько месяцев лежал в госпиталях Ташкента или Самарканда с диагнозом «нервное расстройство». Она выразила претензии тем, что ее мужа, человека который со студенческих времен до конца 90-х годов беззаветно служил КГБ, потом МНБ (выполнял немалых государственных заданий в зоне Карабахского конфликта), сегодня подвергают несправедливому наказанию…

Судья (остановив его): Ясно, у следствия есть показания данные вами по этому поводу. Есть еще вопросы?

Э.Кулиев. Уважаемый судья, у меня есть еще один вопрос к Г.Мамедову.

Судья. Пожалуйста.

Э.Кулиев. Не является ли ударом по национальной и религиозной политике проводимой в нашей стране пропаганда идей зороастризма и огнепоклонничества в газете «Толыши Садо» и в других газетах, а также их пропаганда среди талышей начатая и поддерживаемая Гилалом Мамедовым?

Судья. Вопрос не относится к «делу». Я его снимаю.

Г.Мамедов. Уважаемый судья, учитывая, что вопрос относится к проблемам нашей государственности, хочу добавить всего пару слов.
Эльман, если ты эти слова сказал бы, например, в судебном слушании в Иранской Исламской Республике, может быть, был бы прав.

Но не забывай, что наше государство объявило себя светским, и интегрируясь с Европой, дает полную свободу в выборе той или иной религиозной идеи. А с другой стороны, я никогда не пропагандировал этих идей, хотя, и не был противником изучения и исследования древней религии нашего народа. Кстати, Эльман, не ты ли перевел книгу «История кадусиев», автором которой является Али Абдоли, названный тобой «агентом спецслужб Ирана»?! Ведь в этой книге имеется достаточное сведение о зороастризме и огнепоклонничестве…

Прокурор. Гилал Мамедов, получается, что вы ни тогда, ни теперь не верите в сотрудничество Али Абдоли со спецслужбами Ирана. Основываясь на ваши следственные показания, можно заключить, что при общении с кем-либо, вас даже не интересует, каким организациям служит тот или другой человек. А сегодня, после ознакомления со всей информацией, не изменились ли ваши убеждения? То есть, если бы сотрудничество кого-либо со спецслужбами подтвердилось, вы бы продолжали отношения с этим человеком?

Г.Мамедов. Уважаемый прокурор, да, в таких вопросах я настойчив. И тогда не прекращу своих отношений с известным ученым- талышоведом Али Абдоли, - почетным доктором Азербайджанской Национальной Творческой Академии, внесшего невосполнимый вклад в дело братских взаимоотношений между нашими государствами и народами. С этой точки зрения, до последних дней встречаясь со многими общественно-политическими деятелями Европы, Америки и других стран, я абсолютно не интересовался, каким органам они служат в действительности, ведь суть нашей встречи составляло только и только благие намерения между нашими странами и народами.

Прокурор. Спасибо за ответ. Хочу спросить Вас еще об одном: скажите, на что и на кого опираясь, вы на этом и в других выступлениях, встречах и обращениях сообщаете, что Новрузали Мамедов и Эльман Кулиев обвиняются по статье 274 («государственная измена»)? Как это вам может быть известно при неразглашении следственных материалов и при закрытом судебном процессе?

Г.Мамедов. Уважаемый Прокурор, я пришел к этому мнению после своего допроса в МНБ, после встреч с семьями Н.Мамедова, Э.Кулиева, после ознакомления с протоколами обысков, проведенных в их квартирах, а так же после обсуждения этого в комитете защиты.

Прокурор. Понятно. Это говорит ли о том, что вы не полностью знакомы с материалами «дела»?

Г.Мамедов. Бесспорно! Но, надеюсь, что это тяжелое обвинение действительно не найдет свое подтверждение в справедливом решении Суда и оба обвиняемых будут освобождены.

Прокурор. Понятно. Благодарю!

Судья. У кого-нибудь есть еще вопросы к свидетелю?

Новрузали Мамедов. Уважаемые Судья, у меня всего два вопроса Гилал Мамедову.
Гилал, во-первых, благодарю тебя за твои искренние, правдивые показания. Прошу ответить, на мой первый вопрос: в одном из номеров газеты, выпускаемой во время твоего пребывания в России ( один экземпляр этой газеты по твоей просьбе мне передали в Баку), была напечатана статья обо мне и проф. Сейфулла Асадуллаеве, в которой ты приносил извинения по поводу своих необдуманных выпадов против нас в те времена. Сказать по правде, после твоего возвращения в Баку у нас с тобой были всего одна или две случайные встречи и не было возможности обстоятельно с тобой поговорить. К великому сожалению, по стечении обстоятельств, через 15 лет мы можем в зале Суда вспомнить былые события и сделать некоторые признания. Скажи, изменилось ли твое отношение ко мне и испытываешь ли какое-нибудь недовольство после выдвинутых против меня необоснованных обвинений?

Г.Мамедов (еле сдерживая слезы). Дорогой Новрузали муаллим! Уважаемый Суд! Я сегодня, считаю для себя позорным тот факт, что с человеком, посвятившим всю свою жизнь демократическому будущему Азербайджана, кровью и жизнью стоящему на защите государственности нашей страны, большим ученым – лингвистом мирового значения, которого я, несмотря на некоторые разногласия во взглядах, с гордостью считаю своим учителем, общаюсь через железную решетку. Это не только большая трагедия нашей республики и нашего народа, но и всего человечества. Я еще раз прощу прошения у Новрузали Мамедова за многие ошибки молодости и несправедливость по отношению к нему.

(В зале молчание, которое нарушил и сам Н.Мамедов).

Новрузали Мамедов. Гилал, благодарю тебя за трогательные слова. Мой последний вопрос к тебе: У меня дома до сих пор хранится твое вступление, сделанное в период отстранения меня и проф. Сейфулла Асадуллаева в 1992 году от руководства Культурного Центра и газеты «Толыши Садо». Там ты большими буквами написал одно такое выражение: Новрузали Мамедов, придет время, когда я докажу тебе, что «Дважды два = четы