Голос Мирзы Хазара

По мере роста спроса на нефть и газ энергосырьевые запасы Средней Азии превращаются в магнит, притягивающий к себе мировые державы

Бэй Фэнг (Bay Fang), 08 сентября 2006 В 19-м веке российские и британские дипломаты, военные и шпионы рисовали карты Средней Азии, нарезая в ее степях и горах невидимые политические границы. То была “большая игра”, борьба за господство над этим регионом. Сегодня составляется новая карта Средней Азии, и этой работой сосредоточенно занимаются правительства и руководители нефтяных компаний. Новой карте придумали и новое название: “ступица и спицы”. Роль ступицы на ней выполняет Каспийское море, от которого в разные стороны расходятся спицы – многочисленные трубопроводы, представляющие собой потенциальные маршруты для экспорта огромных нефтяных и газовых запасов, лежащих под землей.

Сегодня сверхдержавы ведут борьбу не за земли, а за спрятанные в их недрах углеводороды: ведь считается, что здесь находятся крупнейшие в мире нетронутые запасы органического топлива. И в игре этой появились новые игроки. Хотя Россия по-прежнему стремится сохранить контроль над своими бывшими сателлитами, Китай с его неутолимой энергетической жаждой вступает в данный регион с целью взятия реванша. Соединенные Штаты Америки, которые всегда искали альтернативы покупке нефти у ОПЕК, где доминируют арабы, также поставили перед собой задачу ослабить российскую хватку и контроль над энергоресурсами региона. В то же время, США стремятся удержать Китай и Иран от оказания слишком сильного влияния на своих соседей. “Это единственный регион с крупными ресурсами, не входящий в зону Персидского залива и в состав ОПЕК, но в то же время, это и единственный регион, соседи которого проявляют к нему такой мощный интерес, – говорит бывший нефтепромышленник Фрэнк Веррастро (Frank Verrastro), работающий ныне в Центре стратегических и международных исследований. – Здесь каждый стремится укрепить свои позиции”.

Все дело в том, что ставки в этой игре неожиданно взлетели вверх. В прошлом году ураганы в Мексиканском заливе привели к исчезновению с мирового рынка огромных объемов нефти, и мировой спрос на нее подскочил. Когда нефтяные цены приблизились к отметке 80 долларов за баррель, все три игрока поспешили построить в этом регионе важные трубопроводы. В то же время, в сегодняшнем мире после 11 сентября среднеазиатские страны, расположенные в окружении Китая, Афганистана, Ирана и России, приобрели важнейшее стратегическое значение.

Россия занимает второе место в мире по добыче и экспорту нефти (после Саудовской Аравии) и первое – по производству природного газа. Долгое время ее государственный монополист “Газпром” имел возможность покупать газ в Средней Азии по 65 долларов за тысячу кубометров, продавая его потом в Европе в четыре раза дороже. Стратегия компании заключалась в том, чтобы импортировать дешевый газ из Средней Азии во все больших объемах, а собственный газ реализовывать на дорогом европейском рынке. Но высокопоставленные представители администрации США говорят о том, что в 2009 году Россия не сможет выполнять свои контрактные обязательства перед Европой, если не будет получать существенные порции среднеазиатского газа.

1 января Россия перекрыла газовый вентиль Украине, прекратив практику субсидирования этой бывшей советской республики и подняв цены на 400 процентов (отчасти из-за того, что Украина незадолго до этого изгнала своего пророссийского президента). Это повлияло и на поставки газа в Западную Европу, которая получает 25 процентов потребляемого ею газа из России, а в период с 2000 по 2030 год может эти свои потребности удвоить. “Россия оказывала неослабное давление на своих южных соседей в секторе энергетики с первого дня обретения ими независимости, – говорит Фред Старр (Fred Starr), руководитель Института Средней Азии и Кавказа Университета Джона Хопкинса (Johns Hopkins University), – но прошлой осенью такое давление превратилось из одного из рядовых инструментов российской внешней политики в ее главный инструмент. Россия стала “нефтегосударством””.

Потребности Европы. Этот эпизод разбудил Европу, заставив ее задуматься о собственной энергетической уязвимости. “Недавние события оказались очень важными для Европейского Союза, – говорит официальный представитель Еврокомиссии по энергетике Ферран Тарраделлас (Ferran Tarradellas). – Раньше дешевые энергоресурсы были везде. Сегодня мы половину из них импортируем, и в будущем эта цифра должна возрасти до 70 процентов. Это проблема не отдельного государства, это наша общая проблема”.

После распада Советского Союза в 1991 году среднеазиатские страны остались в зависимости от России, продолжая поставлять туда свои нефть и газ. Соединенные Штаты, стремясь продвинуть собственные стратегические интересы в регионе, хотят изменить существующее положение. Именно поэтому американские представители так активно содействовали реализации проекта строительства трубопровода Баку-Тбилиси-Джейхан стоимостью 4 миллиарда долларов, который с большой помпой был открыт в июле этого года, связав Азербайджан, Грузию и Турцию. На церемонии открытия этого трубопровода протяженностью 1750 километров его назвали “шелковым путем 21-го века”. Труба идет в обход России, и по ней с третьего в мире по размерам каспийского месторождения нефть будет перекачиваться в турецкий порт на Средиземном море, а оттуда танкерами доставляться зарубежным потребителям.

Крупнейшая страна в Средней Азии Казахстан имеет три самых богатых в мире месторождения углеводородов. Одно из них, Кашаганское, было открыто на Каспии пять лет назад. Считается, что оно входит в пятерку самых крупных месторождений на планете, и добыча там должна начаться через несколько лет. В прошлом году Казахстан производил 1,2 миллиона баррелей нефти в день, но к 2015 году ежедневные объемы добычи в этой стране могут вырасти до 3 миллионов баррелей, сравнявшись с иранскими. Компания Chevron вкладывает более 5 миллиардов долларов в увеличение добычи с этого месторождения. Это самый крупный проект из всех реализуемых нефтяным гигантом. “В мире очень мало таких мест, где имеются нетронутые запасы, и где в деловой среде существует такая открытость”, – заявляет официальный представитель правительства Казахстана Роман Василенко. По его словам, 70 процентов добычи нефти в стране принадлежит иностранным компаниям.

Не удивительно поэтому, что Казахстан обхаживают со всех сторон. В мае страну посетил вице-президент США и бывший нефтепромышленник Дик Чейни (Dick Cheney). Тогда же там побывал еврокомиссар по вопросам энергетики. Накануне прибытия в Казахстан Чейни выступил с речью, в которой подверг нападкам Россию за ее манипуляции с энергоресурсами. “Когда нефть и газ становятся инструментами запугивания и шантажа, это не идет на пользу ничьим законным интересам”, – заявил он. После этого российские газеты объявили о начале “второй холодной войны”. Чейни добился от президента Казахстана Нурсултана Назарбаева обещания о том, что казахстанский газ будет экспортироваться по транскаспийскому трубопроводу, когда – и если – он будет построен. Но вскоре после этого Назарбаев отправился к российскому президенту Владимиру Путину в его летнюю резиденцию на Черном море и согласился на сотрудничество в добыче нефти с трех каспийских месторождений, а также в военной области. Руководители двух стран также подписали долгосрочный контракт на транспортировку казахского газа “Газпромом”. “США в середине 90-х обладали большим влиянием, поскольку предлагали суверенитет и западные технологии, – говорит Веррастро, – а сегодня страны считают, что Китай и Россия могут им навредить, а США не станут их защищать. Поэтому они делают ставки и на тех, и на других”.

До этого года все трубопроводы из Казахстана проходили через Россию. Но в июле вошла в строй новая ветка протяженностью 1000 километров, по которой нефть перекачивается из центрального Казахстана на два нефтеперерабатывающих завода в Китае. Пока объемы поставок невелики, но китайцы предполагают, что нефтепровод будет продлен до западной части Казахстана, где им принадлежат значительные производственные мощности. Китай, занимая второе место в мире по потреблению нефти, задумывается о собственной энергетической безопасности. Почти половину потребляемой нефти он импортирует из Персидского залива, и беспокоится по поводу того, что в случае возникновения конфликта ВМС США смогут легко перекрыть эти импортные поставки. “Если им дать разрешение на прокладку трубопровода, они без раздумий построят его, а уже потом начнут размышлять об источниках поставки”, – говорит Джулия Нанай (Julia Nanay) из консалтинговой фирмы PFC Energy.

Китайцы в Средней Азии действуют чрезвычайно активно. В прошлом году они опередили российский “Лукойл” и приобрели компанию “ПетроКазахстан”, владеющую несколькими небольшими месторождениями в центре страны. Представительство одной из китайских государственных нефтяных компаний CNPC в столице Казахстана находится через дорогу от посольства КНР и по размерам не уступает ему. “У Китая на границах есть два крупнейших производителя. Это как если бы США начали действовать в Канаде или Мексике”, – говорит Эрика Даунс (Erica Downs) из Института имени Брукингса (Brookings Institution).

“Более выгодные сделки”. И китайцы знают, как торговаться. “Они могут выложить на стол предложение, с которым не могут конкурировать транснациональные нефтяные компании, – говорит Роберт Эбель (Bob Ebel) из Центра стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies). – Они могут предложить продать военную технику, дать кредит. Они знают, что поздно вступили в эту игру, и предлагают более выгодные сделки”.

А вместе с деньгами приходит и политическое влияние. Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), созданная Пекином в 2001 году в качестве буфера против Соединенных Штатов, включает в свой состав Россию, четыре из пяти среднеазиатских республик (Казахстан, Киргизию, Узбекистан и Таджикистан) и Иран в качестве наблюдателя. Именно после заседания ШОС в июле прошлого года Узбекистан под тихие аплодисменты Китая и России выгнал американских военных со своей военно-воздушной базы, которая использовалась для обеспечения боевых действий в Афганистане. Киргизия, еще одна страна из этого региона, имеющая у себя американскую базу, ведет разговоры на ту же тему. “Если это игра, то это товарищеская игра, – говорит казахстанский официальный представитель Василенко, – с тех пор, как мы обрели независимость, мы проводим открытую политику, и мы открыты для сотрудничества со всеми странами”.

Но по мере увеличения объемов добываемой нефти Казахстану придется выбирать маршруты экспорта: на север, через Россию, на восток, через Китай, или на запад, через трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан. И Соединенные Штаты Америки готовятся к тому, чтобы повлиять на этот выбор. В сентябре, впервые с 2001 года, Назарбаев приедет в Соединенные Штаты. Он посетит Белый Дом и семейную резиденцию Бушей в штате Мэн. Очевидно, что главным вопросом в повестке переговоров будут энергоресурсы.

Такой же выбор придется делать и в отношении природного газа. Этой осенью в строй будет введен новый газопровод, идущий примерно по тому же маршруту, что и нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан. По нему газ пойдет с Каспия через Турцию в Европу. Правительство США надеется, что со временем эта труба пересечет Каспийское море, и по ней газ будет перекачиваться из Казахстана и Туркменистана. Тем самым наступит “новая эпоха энергетических инвестиций в районе Каспия, начало которой положил Азербайджан”. Это слова первого заместителя государственного секретаря Мэтью Брайзы (Matthew Bryza). Но хотя Туркменистан обладает крупнейшими запасами газа в Средней Азии, у него также имеется совершенно непредсказуемый диктатор, который получает большие прибыли от транзита. Предпринимавшиеся в 90-е годы попытки заключить с ним соглашение не увенчались успехом. “США пытаются содействовать продвижению таких поставок в Европу, источником которых не является ни Иран, ни Россия, однако здравая политика должна основываться на здравой экономике, – говорит консультант и бывший руководитель компании Chevron Эд Чау (Ed Chow). – Если вы добываете нефть и газ, как вы решаете, куда направлять поставки? Потратив 1-2 миллиарда долларов, чтобы проложить трубу по Каспию, вы затем вынуждены платить азербайджанцам, грузинам и туркам, чтобы доставлять газ в Австрию. Не лучше ли избрать другой [более дешевый] вариант и перекачивать среднеазиатский газ в Китай?”

Кремль планирует увеличить мощность газопровода с черноморского побережья до Турции и построить еще один газопровод через Балтийское море в северную Европу, стремясь задушить своих конкурентов по европейскому рынку. Он также пытается заковать страны в кандалы долгосрочных контрактов, предлагая платить среднеазиатским производителям более высокую цену, и в то же время угрожая отключить поставки европейским потребителям. “Европейцы дали России возможность расколоть и покорить себя, – говорит высокопоставленный представитель американской администрации, вспоминая о том, как русские вынуждали европейских руководителей заключать с ними эксклюзивные соглашения на поставку газа. – Если бы они сплотились воедино, у них было бы больше рычагов для торга”.

Возможно, предвидя такое развитие событий, Москва подписала в августе договор с Алжиром, который предусматривает координацию цен на газ, создавая, таким образом, призрак нового газового картеля по образцу и подобию ОПЕК. Но поскольку трубопроводы продолжают прокладывать во всех направлениях, и на карте вокруг ступицы появляются все новые спицы, этот регион становится все труднее контролировать. “Мы говорим не только о том, что нефть и газ пойдут на запад, мы говорим и о восточном, и о юго-восточном направлении. Именно так и произойдет, – заявляет Фред Старр из Университета Джона Хопкинса, – регион выходит из-под монопольного контроля “Газпрома”, и с помощью других стран возвращает себе традиционную роль центра трансконтинентальной торговли”. Именно так было в 19-м веке.

(ИноСМИ.Ru)